Особенно, когда целовал, тискал, нашептывал неприлично горячие вещи на ушко… Тимур мастер, конечно… Умеет… И завел легко, хотя, стоит чуть-чуть открутить назад, и сразу вспоминается, что не доверяла, опасалась, сторонилась…
А сейчас что поменялось?
Шмоток купил? Катастрофу в квартире предотвратил?
Да ну смешно же…
Значит… Значит, все очень просто, глупая девочка Вика.
Комплекс мероприятий, направленных на укладывание девушки в постель сработал безупречно. И на тебе в том числе.
Хотя, Тимур, вроде как, откровенен, говорит правду про Марику и прочее… Но в то же время привычно действует, идя проторенным путем.
Красивое место, куда просто так не попадешь, слова всякие, тисканья, ощущение своей эксклюзивности… Все это оглушает, сводит с ума, обволакивая сладким маревом кайфа… И вот вы уже в машине, уже едете… Понятно, куда. И понятно, что там будет.
И совсем недавно я…
Но, похоже, та не случившаяся свара в туалете все же сделала свое дело черное.
Я вернулась из розовой дали, в которую практически погрузил меня Тимур, к себе обычной.
Недоверчивой, ехидной, на все смотрящей через призму реального освещения. Не розовых очков.
И теперь мое желание переспать с ним немного угасло. Если вообще не пропало.
Конечно, я отдаю себе отчет, что, если Тимур захочет, то запросто получит от меня все, что ему надо.
Он умеет же… Погладит, скажет, что надо… Я и растаю. Все же тают, и я, как выяснилось, нифига не исключение.
Единственное отличие меня от тех барышень, которых он затаскивал в постель до этого, то, что я понимаю, кто он такой. И не питаю ненужных иллюзий. Как Марика, например.
Просто секс, просто удовольствие…
И в какой момент мысли об этом стали горчить?
Я жду, что Тимур сейчас как-то прокомментирует наш путь, типа, «заедем ко мне» или «посмотрим, что там с твоей квартирой»… И заранее настраиваюсь продинамить.
Не потому, что динамо.
А потому что… Не хочу. Просто не хочу вот так. Смысла не вижу.
Черт, Вика, у тебя в башке не тараканы, а тараканищи…
А с другой стороны, прикольно провести эксперимент и выяснить, насколько далеко простирается его веселость? И когда из-под маски балагура и ветродуя проявится тот жесткий мужик, которого я лишь угадываю, но пока еще не вижу.