Преисподняя

На следующее утро, когда она прощалась со всеми, в ее глазах горел свет новой решимости. Она сделала прощание предельно кратким и скупым на чувства, чтобы не причинять боль другим. Но у нее нашлось время, чтобы отправиться в Гростенсхольм и взглянуть на новорожденного — и она, как ни в чем не бывало, болтала там с ничего не подозревающими друзьями. Во дворе она перекинулась парой слов с Клаусом.

Тенгель не понимал, почему она решила взять с собой лишь самую малую часть дорожных принадлежностей. Но она утверждала, что по дороге приобретет все, что нужно.

Еще больше он удивился, когда она выразила желание, чтобы он взял себе все ее травы и лекарства, в том числе и те, которые достались ей от Ханны. Она оставила ему даже корень мандрагоры. «На то время, пока я не вернусь назад, — сказала она. — Не хочу иметь соблазн злоупотреблять им опять». «Невероятно», — с облегчением подумал Тенгель. Но все же он был изумлен.

Когда она выезжала со двора, светило солнце.

Спустя три дня они получили известие.

Суль схватили — по своей доброй воле она отдалась в руки солдат. Сразу состоялся суд. Перед Акерсхюсом соорудили костер. После дня пыток злейшую ведьму должны были сжечь.

Даг испробовал все, что было в его силах, переговорил со всеми знакомыми судебными заседателями и юристами. Но все они только качали головой: ради себя самого и своей семьи ему не следует вмешиваться. Ничто не может спасти эту женщину.

Лив в конце концов тоже отказалась от прошений.

Еще один человек просил за нее.

Палач. Он был у нее и говорил с ней. Но, увидев ее твердую решимость, он понял, что не в силах что-то сделать. Она только просила его сделать все по возможности быстро и безболезненно. Он обещал ей.

В Гростенсхольме, где собрались все, Клаус был настолько взволнован, что осмелился говорить.

— Я знаю, где она, — сказал Клаус. — Во дворе у пристава, там держат самых опасных ведьм. В подвале, куда никто не может войти. Но я знаю, как пробраться туда.

— Ты противоречишь самому себе, — сказал Тенгель, лицо его было страдальчески бледным.

 — Как же ты сможешь зайти туда?

— Не через вход. Там, сзади, есть узкая лестница между стеной погреба и земляным валом. В ней есть отдушина, под которой и находятся осужденные.

— Я пойду туда.

— Нет, вы слишком велики, вам туда не пройти. И мне тоже.

— Может быть, я пойду? — спросил Аре.

— И я, — сказала Мета.

Клаус внимательно посмотрел на них.

— Мета — да. Возможно, что и господин Аре. Я точно не знаю.