Тогда вот так!
Стянув свои пляжные трусы-шорты, получил ещё более убийственный взгляд. После чего немного порвал их меж штанин и показал женщинам.
— Серёж… я тебя убью! Прикончу!! Закопаю!!! — ругалась Анна.
— Ну… можешь оставаться в таком положении. Баллов наберёшь много, — пожал я плечами. — Эх… зря труселя порвал… Эй! — я обернулся и уставился на Лизу, а та ехидно улыбалась.
— Мне за это заплатили, — заявила рыжая зараза, которая хлопнула меня по заднице.
— Продажная ты женщина, — покачал я головой, а та развела руки в стороны.
— Мне никто не платил, но я не удержалась, — улыбалась полторашка.
— Я тоже хочу… — взвыла наша батарейка.
— К чёрту тебя, давай трусы! — выругалась Анна, и я помог ей аккуратно надеть труселя на голову и продеть руки… А что, получилась интересная такая мини-курточка…
«Бро! Фантастика! Лови балл,» — восхищались зрители.
«Пойду мужа разорять!»
«А в мои труселя моя девушка не влезет…»
Похохотав над комментаторами, кинул взгляд на Анну.
— Ой! Нашли! — неожиданно воскликнула пепельная блондинка и указала в сторону. — Там!
Мы посмотрели и ничего не увидели, но через минуту заметили большую болотную кувшинку на зелёном блине. Он был метров так десять в диаметре.
Судно подплыло, и я спрыгнул на растение и пошёл к цветку. А он раскрылся, и ко мне потянулись «тычинки».
— Бр?.. — раздался недовольный голос. Оля призвала панду, и на миг «тычинки» остановились, а потом вновь набросились на меня.
Я бросился к цветку, отбрасывая эти отростки и, добежав до него, как следует пнул, потом ещё и ещё.
— Ты на кого лепестки раскрыл, пёс?! Давно тычинки-пестики не отрывали? Так я оторву! — схватившись за белый лепесток вырвал его, причиняя цветку-монстру немало боли. После чего закинул руку в сам цветок и сорвал мешочек с пыльцой.
Цветок закрылся, а я запрыгнул на корабль. Добычу в корзину, Анне лепесток. Им можно и грудь обвязать и юбку сделать.
— Спасибо… — смутилась та, принимая подарок и думая о чём-то другом…
Ну а мы поплыли дальше, но не прошло и минуты, как с криком: «Ква-а-а-а!» — на судно запрыгнули две жабы. Они слегка походили на гуманоидов, ростом разве что лишь полтора метра, а в их руках были копья.