— Каждый раз осматривай по утрам все корпуса и, если заметишь невыключенное освещение, всегда выключай его!
— Но это не мое послушание, отец Аристоклий!
— Вам после нас за Лаврой досматривать придется, и это твое главное послушание, запомни!
— Благословите, отче!"
"Через некоторое время следить за состоянием корпусов Лавры стало моим главным послушанием, и отец Аристоклий, ныне уважаемый епископ, оказался прав. Почтенный архимандрит, отец Стефан, известный и достойный человек, чье послушание состояло в контакте (со стороны Лавры) с различными делегациями и в приеме московских чиновников, начал приглядываться ко мне и периодически расспрашивать, как идет мое новое послушание.
— Старайся, старайся, отче, а мы тебя будем тянуть наверх, в архимандриты!
— Мне это совсем не нужно, батюшка!
— Ну, ну… — усмехнулся он и снова отправился встречать какие-то роскошные московские машины с важными людьми.
В эту очень холодную зиму у меня сильно разболелась левая рука в предплечье. Причем боли были такие, что ночью приходилось перекладывать ее правой рукой, когда становилось совсем невмоготу. Я страдал уже неделю, а недуг все усиливался. Мне вспомнилось, что всем послушникам раздали на благословение по пузырьку освященного масла от лампады преподобного. Взяв ночью пузырек с маслом, стоявший у меня на тумбочке возле иконки преподобного Сергия, я взмолился ему: «Преподобие отче Сергие, моли Бога о мне!» и крестообразно помазал болящее предплечье святым маслом.
«Слава Тебе, Пресвятая Матерь Божия! Благодарю тебя, отче Сергие!» — обрадовался я, но все еще боялся, как бы прежняя боль не возобновилась на следующую ночь. Но ни на следующую ночь и больше никогда в жизни моя рука уже не болела.