И когда я перешел в монастырь, то с души словно свалился камень. Но, став послушником, в первые же дни мне пришлось как-то стоять с подносом в очереди за блюдами, которые нам следовало разносить в трапезной сидевшим монахам. Я не мог поверить своим глазам — в окошке раздачи все поварихи были те же самые девушки из семинарии. «Делать нечего, придется терпеть!» — внушал я себе, неся поднос с тарелками.
На исповеди я высказал свое недоумение старцу:
— Батюшка, мне в миру приходилось очень тяжело от блудных браней.
— Не бойся, Бог оградит тебя от браней! — ответил отец Кирилл, и в его голосе звучала уверенность, которая передалась и мне.
Поистине Бог оградил в монастыре не только меня, но и всех, с кем я принял постриг. Как будто с неба опустился дивный покров благодати и оградил душу, словно небесным куполом.
Так вот, о кухне… в то время на послушании заведующего кухней трудился многоопытный умудренный архимандрит и духовник, отец Тарасий, имевший большой дар любви к людям. Этот дар ярко проявился, когда он стал духовником в городской тюрьме и обратил к Богу много заблудших душ.
По своему послушанию, помогая в очередной раз переносить на кухню ящики с продуктами, волей-неволей мне пришлось познакомиться с поварихами.
— А ты знаешь, отец, как много времени нужно для приготовления винегретов? И все это из-за тебя!
— Как из-за меня? — озадачился я.