Основной вопрос, который теперь волновал собравшихся, заключался в следующем: как жить дальше? Общее мнение верующих выразилось в одном пожелании: «Конечно, строить Церковь на Псху в благодарность Матери Божией!» Это решение поддержали все. Для нас полной неожиданностью стало заявление милиционера. Ему достался трофейный грузовик «Урал», и Валерий предложил свою помощь в подвозке лесоматериалов, а также продуктов из Сухуми для всех жителей. С ним пчеловод и я договорились ехать в город через Ауадхарский перевал. На этом долгие и радостные переговоры закончились, и мы отправились спать.
Поутру ко мне пришел расстроенный Василий Николаевич:
— Отец Симон, я, наверное, не поеду!
— А что случилось?
— Плохой сон приснился!
— Рассказывайте, вместе подумаем, как быть! — попросил я.
— Приснилось мне, батюшка, что мы с вами приехали в Сухуми и там поймали нас бандиты. Затащили в какой-то подвал, отобрали все деньги и сильно избили. Теперь боюсь ехать. Не знаю даже как быть.
Я задумался.
— А что если мы вместе отслужим молебен о путешествующих и поедем?
— Молебен — это хорошо… — согласился испуганный хозяин.
"Вид города со стороны обстрела был ужасающим. Разрушенные дома, выжженные сады и сгоревшие многоэтажки выглядели очень уныло. Нарядный и веселый белый город канул в небытие, как и вся прошлая жизнь.
— А мы вот живем… — вздохнул диакон. — Всю войну ходил на службу в храм под выстрелами. А когда Сухуми штурмовали абхазы, вообще творилось не пойми что. На одной стороне улицы сидели грузины, а на другой — абхазы. Иду по улице, а абхазы и грузины кричат: «Эй, отец, иди домой! Убьют!» А я им отвечаю: «Ребята, ваше дело — воевать, а мое — Богу служить!» Так и ходил до победы…
— А тебе письмо от отца Виталия! Перед самой войной пришло… — сияя глазами, сказала хозяйка.