Только богосы, ничтожное по своей численности горское общество, ухитряются как-то выживать в этом страшном месте. Поэтому среди соседей богосы слывут колдунами, и даже торговый обмен с ними ведётся в минимальных размерах – горцы сторонятся их. Когда мы придём туда и вы увидите саму гору – обомлеете! Склоны Аддалы со всех сторон покрыты вечными ледниками. Они сияют, словно корона. Гора огромна, самая большая во всей округе. Только к западу, на Главном хребте, вдоль границы с Грузией, имеются три более значительные вершины.
– Как же попасть на вершину? – спросил Артилевского Лыков."
"– Да никак. Это и невозможно, и не нужно. Если Лемтюжников действительно прячется в этих местах, то не на самой же вершине он разбил свой лагерь! Севернее горы через Богосский хребет ведёт перевал Арида-Меэр, а южнее – перевал Кемэ, он же Цунтинский. Мы пройдём на ту сторону хребта с севера, а вернёмся южнее.
– Вы полагаете, Эспер Кириллолвич, что мы сможем обойтись без проводников? – уточнил Таубе.
– Да. С богосами можно договориться на месте, они проведут, куда надо. Золото и колдуны любят…
– Ну, попытаемся; другого выхода нет. Сегодня до конца дня отдыхаем. Нас теперь пятнадцать. Один казак убит, двое, считая изувеченного камнем, тяжело ранены. По счастью, только что из Могоха вернулся оставленный там Фролов; отряд в сборе.
Через четверть часа Таубе отозвал Алексея на дальний конец обширного двора и сказал:
– Я воспользовался случаем и обыскал вещи офицеров в кунацкой.
– Что нашёл?
– Записку в сумке Ильина. Тоже на арабском. В ней сказано: «Посыльный ждёт в доме Муслима».
Лыков подумал, потом спросил:
– Почему капитан не уничтожил такую улику?
– Потому, что он её туда не клал. Настоящий изменник хочет, чтобы мы подумали на капитана.