Но старший лейтенант Луговкин в природной и естественной видимости не нуждался, ему помогала электроника тепловизорного прибора.
– Начинаю с третьего в замыкающей группе...
– От нас третьего? – переспросил подполковник, с трудом третьего выделяя, потому что люди в черном бежали почти на одной линии. Но почти – это не точная линия, и потому кто-то все равно отставал, а кто-то вперед вырывался.
– От нас...
И выстрел прозвучал сразу за словами. Подполковник видел, как третий в группе из четверых в черном шарахнулся в сторону, потом дважды повернулся вокруг своей оси, словно бы пытался посмотреть на собственную спину, как собака на кончик своего хвоста, и, остановившись, подбросил задом рюкзак за плечами.
Несомненно, он ощутил удар. Так бывает, когда в рюкзаке есть что-то твердое и пуля попадает именно в это твердое. Но вот что ударила его именно пуля, человек не сообразил. Да и как сообразишь, когда выстрела не слышно. Другие люди в черном не поняли, что произошло, не останавливаясь, сбились в кучу, словно спрашивали виновника происшествия.
– Что же они несут? – задал подполковник Гризадубов риторический вопрос.
– Если еще одного подстрелить, можем узнать, – предположил капитан Каркунов.
– Я готов, – опять предложил свои услуги старший лейтенант Луговкин.
– Не будем торопиться... – не совсем уверенный в своей правоте и потому нетвердо сказал командир. – Время у нас еще будет. Проверь другой рюкзак.
"Выстрел не заставил себя ждать. Наушники «подснежников» доносили его до спецназовцев, но люди в черном опять не слышали выстрела, и потому удивились реакции другого своего товарища, что старательно повторил маневры первого. И это уже было тревожным сигналом. Обменявшись несколькими словами, люди в черном стали стрелять себе за спину. Глушители на пистолетах-пулеметах были только у троих. Очереди четвертого звучали серьезно и достаточно громко, разрывая предутреннюю тишину лесистых холмов.
Но такая активная стрельба никакого результата не дала, потому что цели стрелки не видели, а следом за ними никто не шел.
– Если будут по сторонам шмалять, всем залечь... – предупредил Гризадубов.
Но стрельба прекратилась после того, как к последней четверке вернулись трое из первой группы и командир.