Попросив Ивара прикрыть своим телом Кристен, так, чтобы стражники не видели их, он быстро обмотал ей косу вокруг головы и обернул ее широкой полосой из мягкой кожи, которую крепко завязал сзади узлом на шее.
– Но моя шишка вовсе не здесь, - заметила она.
– Меня совершенно не волнует твоя дурацкая шишка, - возразил он. - Подожди минутку. Последний штрих.
Он принялся похлопывать себя по ране на плече, пока из нее снова не стала сочиться кровь, которой он щедро вымазал повязку на голове Кристен.
– Торольф!
– Заткнись, Кристен, или твой голос выдаст тебя и сведет на нет все мои старания.
– С этой распухшей челюстью и перевязанной головой она вряд ли вызовет чей-то интерес, - с улыбкой ответил Ивар.
– Большое спасибо, - проворчала она. Но Торольф не обратил ни малейшего внимания на ее сарказм.
– Конечно, голова получилась слишком большой, но поскольку у них даже мысли не возникнет, что она девчонка, они подумают, будто это просто очень толстая повязка.
Она ответила мрачным взглядом на это излишнее предупреждение и спросила:
– По-моему, сейчас самое время наконец сказать мне, где мы находимся.
– Это королевство Уэссекс.
– Саксонский Уэссекс?
– Да.
Ее глаза недоверчиво округлились.
– Ты хочешь сказать, что над нами одержала верх свора низкорослых саксов?
Торольф покраснел, услышав в ее голосе весьма нелестное изумление.
– Они спрыгнули на нас с деревьев, женщина! Половина команды была убита прежде, чем мы поняли, что произошло.
– О, но это нечестно! - воскликнула она. - Они напали на вас из засады?
– Да. Для них это был единственный шанс одолеть нас, ведь их было не больше, чем нас. Самое нелепое во всем этом то, что нас вовсе не интересовали ни они, ни их имущество. Мы вообще собирались обойти стороной эту усадьбу, куда они сейчас притащили нас.
– Куда вы направлялись?
– Никуда.
– Торольф!
– Клянусь Тором, можешь ты говорить тихо или нет? - рявкнул он. - Мы собирались ограбить монастырь.
– О нет, Торольф, этого не может быть!
– Может, поэтому Селиг и не хотел ничего говорить тебе, зная, как ты к этому отнесешься.
Но это был наш единственный шанс наложить руки на богатства этой страны, Кристен.