Находится в жилом районе, свет внутри не горит, но особняк не выглядит разворованным.
Кэлисса не стала отвечать.
— Через окно на втором этаже.
— Почему не через парадный вход?
— Дом хоть наполовину и заброшен, но под охранными системами. Остатки рода Ульяновых надеются когда-нибудь восстановить доброе имя, состояние, власть. У тебя же вот получилось.
— У меня и особняка своего нет. Двушка в спальном районе.
Кэл ловка. Уцепилась за сточную трубу. Женственная фигурка стрелой взмыла на второй этаж. Пошел следом.
Кэл шла по стеночке — мягкие шаги. Охнула, когда под ногой провалилась лепнина карниза. Я успел поймать ее за руку, не дал упасть. Затащил девчонку назад. Поблагодарила не словом, но взглядом.
— Что может быть внутри?
Этот вопрос следовало задать раньше. Кэл теперь полна неуверенности.
— А что там должно быть? Охранные системы, не больше.
Тут уже был не уверен я, отвечать не стал.
Окно. Кэл прицепила себя страховочным тросом к раме, выдохнула, успокоилась.
Поясная сумка тотчас же поделилась набором инструментов. Инструктор, бывший домушник, обучал нас работать с отмычками. Но даже он бы подивился мастерству Кэлиссы, справившейся за пару мгновений.
Я вздрогнул, когда очертания окна вспыхнули зеленым, но тут же погасли — девчонка коснулась холодного стекла чародейским символом.
— А что…
— Если бы не успела среагировать? Скорее всего, мы бы умерли.
— Ничего себе здесь охранные системы…
Кэл пожала плечами.
— В домушники чаще всего записываются безродные и чернь. Их смерть мало кого будет волновать.
— Чтоб ты знала, еще недавно я был гражданином девятого класса…
— И тебя отправили в заградотряд лишь за то, что посмел сопротивляться. Ты почти с самого рождения так живешь, должен был привыкнуть.
Крыть было нечем…
Внутрь вошли тихо, шаги скрывал мягкий ворс ковра."
"— Разуйся, — тут же велела она мне, сменив обувку на балетные тапочки. Жаль, что для меня ничего подобного не припасла.
Буду ходить в носках.
Дом Ульяновых изнутри выглядел не лучше, чем снаружи. Отделка под старое дерево. Попытка в роскошь выглядела так, будто потомки отца народов отчаянно гнались за изменчивой модой. И всякий раз отставали на шаг.