Хорнорд сбежать не пытался, так и стоял на месте, не сводя взгляда с приближающегося Элора. Я следила за зверем. Элор, конечно, сильный, но у этой мохнатой горы большие рога прямо на морде. Да и масса немаленькая для человеческой формы дракона, случайно может и убить. Только Элор об этом, похоже не думал, бормотал всякие ласковости и приближался. Даже на вонь внимания не обращал.
Бледные ладони Элора легли на влажные губы хорнорда, скользнули к нижнему рогу.
— Он такой приятный на ощупь, — поделился впечатлениями Элор.
— Нет, спасибо, мне и здесь хорошо…
И воняет не так сильно.
Ворота пирамиды отворились, и три орка-пограничника выступили из тьмы:
— Гости, приветствуем вас возле земель Шааршем. Да снизойдёт на всех нас благословение земли, луны и ночного неба.
— Да ладно, — Элор ухватил уздечку и потянул зверя от огромной кучи. Удивительно, но хорнорд сдвинулся с места. Элор развернул его к оркам. — Пусть земли Великого дракона будут к вам добры, и благословения богов снисходят на хранителей чистой крови и верных знаний.
— Дикий, — пробасил орк.
— Странное какое-то имя, — Элор нежно посмотрел на хорнорда. — Тебе оно не идёт. Я тебя иначе назову. Пока не придумал как, но такой красавчик должен иметь соответствующее имя.
Улыбнувшись, Элор резво взобрался по петлям упряжи и уселся на переднее сидение. Улыбнулся мне:
— Покатаемся?
Я с большим сомнением посмотрела на хорнорда, вспомнила, как Элор чуть не вывалился из седла… вздохнула и направилась к нему.
* * *Добраться на хорнорде до Столицы к началу службы не было ни малейшей надежды, что не помешало Элору попытаться это сделать. Мы, подскакивая в сёдлах и раскачиваясь, неслись по полям, пока солнце не поднялось достаточно высоко.
Это даже можно было бы счесть приятной прогулкой, — виды красивые, развлечение, разнообразие, ветерок свежий, — если бы Элор не пытался постоянно добиться от меня какой-то реакции.
— Халэнн, ну согласись, он замечательный.
— Халэнн, смотри, какой он быстрый.
— Хал, он же так старается тебя впечатлить! Почему ты к нему так неласков?
Восторги Элора и укоризна в его голосе вызывали во мне какое-то подспудное раздражение. Как и то, что мы явно опаздывали, и комментарии Жаждущего по поводу того, что мой дракон без внимания совсем одичал, скоро к волосатым приставать станет. Последняя фраза стала последней каплей, и я напомнила:
— Я Халэнн… Кстати, не думаю, что этот зверь действительно хочет меня впечатлить.