Как сюзерен я обязана была о ней позаботиться. Оставить здесь или правда запереть, чтобы подумала… Попробовать наладить её отношения с сестрой, познакомить с племянником. А может, найти ей достойного примерного мужа, который даст ей семью, о которой она мечтает. Но я разрешила ей поступать на её собственное усмотрение.
Но я думала о своих проблемах, и мне не хотелось взваливать на себя новые. Не хотелось втолковывать Сирин Ларн, что в семье матери её хотят использовать. Подозреваю, Сирин сама это знала, но готова платить эту цену за возможность быть с любимой мамой или ощущать себя нужной.
— Сирин, если хочешь — можешь остаться, — в тишине голос Элора прозвучал резковато.
Она только ниже склонила белокурую голову:
— Спасибо, не хочу.
Сирин Ларн не лгала.
— Вы все всегда можете обращаться ко мне за помощью, — твёрдо повторил Элор.
Завтрак мы закончили в молчании, его любовницы забрали из комнат небольшие саквояжи с последними вещами. Мы с Элором проводили отныне свободных драконесс до залитой солнцем телепортационной площадки, где он крепко обнял их по очереди по старшинству.
— Мы справимся, Элор, — звонко уверила щурившаяся от солнца Вейра. — Мы не такие слабые, как тебе кажется. Хал, береги его!
Она взмахнула рукой и исчезла во вспышке телепортационного заклинания.
— Элор, присматривай за Эрршамом, чтобы он не слишком гулял, — велела сверкающая золотом Диора и тоже помахала рукой, прежде чем исчезнуть с территории дворца.
— До свидания, господин Элор, — Сирин Ларн смотрела в землю. — Господин Халэнн, если будут какие-то приказы и распоряжения, я буду в доме моей матери и всё исполню.
И она, словно светлое облако, тоже растворилась в воздухе.
Элор стоял, чуть понурив плечи:
— Ещё один этап моей жизни остался позади…
Он грустил. У меня тоже было ощущение, что заканчивается этап моей жизни. К его любовницам я как-то привыкла.
— Я удивлён, что ты отпустил их в такой сложный момент. Их могут использовать для шантажа.
— Вряд ли: все знают, что я просто мечтал от них избавиться. Да и избранная у меня теперь есть. Думаю, этого достаточно, чтобы Вейру, Диору и Сирин не считали хорошим способом влиять на меня. — Элор передёрнул плечами, сверкнув золотом отделки на мундире.