И в одну из ночей Элор поскрёбся ко мне с предложением ночного чаепития.
— Не нравится мне вся эта ситуация, — признался он за чашечкой фруктового чая и подтолкнул мне тарелку с пирожными. — Две недели на исходе, скоро Арен вернётся с беременной Валерией, а мы так и не закончили с Фламирами. Не понимаю, чего они ждут, ведь понимают, что с его возвращением наши позиции усилятся. Или, наоборот, хотят воспользоваться тем, что Валерия не сможет обратиться и потому станет уязвимой?
— Возможно, они пока ищут союзников.
Элор с жадностью проследил за этим жестом, за тем, как язык коснулся кожи, и меня неожиданно бросило в жар. Элор с трудом отвёл взгляд от моих губ и уставился на стену.
Я же мысленно отругала себя за неуместный жест и попыталась сосредоточиться на теме разговора. О Фламирах и их странном поведении столько всего было сказано, что добавить нечего. Элор ведь и с императором эту ситуацию обсуждал неоднократно.
— Лучше бы они уже что-то сделали, — проворчал Элор. — Это ожидание становится невыносимым.
— Может их как-то спровоцировать? — Я взялась за ложечку.
— Мы их арестовать собираемся, и они явно об этом знают, какая провокация может быть сильнее этой?
Мысленно перебирая варианты, я пришла к выводу, что провокации сильнее этой и правда не найти. Особенно если учесть, что Фламиров надо выманить с их территорий. Хотя бы от цитадели и лавового стража увести.
Опасные и раздражающие, словно вулкан. Не даром вулкан стал основой их цитадели, а первые Аранские — дракон с денеей! — за всю свою долгую жизнь так и не решились выковырнуть Фламиров из их пылающей норы, предпочитая отделываться от них подкупом.
— Фламиры не уйдут далеко от цитадели, — подытожила я свои рассуждения. — Надо или к ним отправляться, или проглотить оскорбление и терпеть их дальше.
— Арен не собирается спускать Фламирам покушение. Он согласился подождать, не атаковать их в обмен на наше с отцом обещание, что мы решим эту проблему.