– Изволь, делай мадемуазель Керн предложение, – сказал Ванзаров, отбрасывая локоть друга. И даже отошел на шаг, как будто давая полную свободу.
Такая перемена Зефирчика насторожила.
– А что это ты так это вдруг? – спросил он, стараясь заглянуть в душу Ванзарова ангельскими глазками. Но не увидел там ничего.
– Представляю, как обрадуется дядюшка, когда узнает, кому сделал предложение.
– А почему он обрадуется? – тревожно спросил Зефирчик.
– Почему бы не обрадоваться статскому советнику, если любимый племянник хочет жениться на бывшей воровке, ставшей секретным агентом полиции.
Зефирчик вздрогнул.
– Я не хочу… На Сухаревку, – проговорил он.
– Нет, брат, придется… Так что женись на мадемуазель Керн и будь счастлив… А я тебе уже не нужен. – Ванзаров протянул руку, как для прощания."
"Вцепившись в руку друга, Зефирчик потянул его к дверям дома.
– Ну, чего стоишь, и так уже опоздали, – сказал он до крайности серьезным тоном. – Меня Ксения ждет… Что ты, в самом деле, шуток не понимаешь…
Увлекаемый Зефирчиком на парадную лестницу, Ванзаров шел и думал: какое счастье иметь характер легкий, как ветерок зефир…
…Семейство Недыхляева встретило молодых господ при параде. Отец надел сюртук с орденком, матушка облачилась в роскошный кринолин, вышедший из моды лет двадцать назад.
Ксения была отпущена в кабинет отца с Зефирчиком, которому требовалось сказать ей нечто важное.
Сев на край кресла и приняв чашку из рук заботливой Зинаиды, Ванзаров ощутил, как медленно, но верно погружается в дежавю. Его расспрашивали о службе в столице, о ценах на съемные квартиры, дрова и провизию.