Можно было бы списать на сложные соревнования, что грядут на неделе, но сам же понимаю, что они тут не при чём. Это всё Юлька, блин. Придумала себе, чтобы я её первым стал, а мне что делать? Как-то же надо к этому подойти, чтобы не похерить ей этот первый раз. Он же там очень важный для девушек и всё такое. Я теперь аж заморочился. В интернете даже смотрел, что и как. Позы там какие лучше, чтобы не очень больно было. С целкой мне уже не в первый раз, но это же Конфета. Она мне не чужой человек.
— Может, мне тоже лифчик снять, как девочки? — Карина обращается ко мне, вытаскивая из мыслей.
— Чего? — переспрашиваю, не сразу вникнув в её слова.
— Лифчик, говорю, снять? Ты только не сердись, я просто раньше не ходила вот так с девочками.
Ну да, святая невинность. Пытается подстроиться под клиента, мимикрируя под «я раньше этим не занималась за деньги, ты первый». Ага.
— Не надо, — обрываю её. — Расскажи про свой первый раз, — внезапно прошу.
Карина обескуражено зависает сперва от моего вопроса, но потом пожимает плечами и сама немного расслабляется.
— Тебе предстоит с твоей девушкой? — улыбается вполне даже мило.
— Условно, — подробности ей уж точно знать не к чему.
— Ну… — Карина немного подвисает, вспоминая подробности, — это произошло, когда мне только-только исполнилось восемнадцать. Мужчина был старше почти на пятнадцать лет — друг моего отца.
Мне это кажется каким-то ненормальным, что ли. Если друг отца трахает его дочь, то хреновый он друг.
А так он сравняет меня, блин.
— Больно было?
— Больно вообще-то. Даже очень. Я даже заплакала и попросила остановиться.
— А он не остановился? — охуеваю с рассказа. — Тебя что, изнасиловали?
— Нет! — усмехается девушка. — Конечно нет. Он был нежным и аккуратным, но в ответственный момент проявил твёрдость, а я смалодушничала.
Да уж. А что если Юлька тоже разрыдается и попросит остановиться? Надо ли мне будет проявить твёрдость как этот херовый друг Кариныного отца? Смогу ли?
Блин, я никогда не задумывался, что тыкнуть в тёлку членом может быть такой проблемой.
Карина что-то там ещё рассказывает, но я слушаю в пол уха, зарывшись снова в собственные мысли.