Ни с кем из посторонних я даже не помышляла обсуждать сделанное Ириной Соболевой. И уж конечно не собиралась объяснять боярыне Стрелецкой, почему их слуг опрашивали.
— Надеялась, что вы знаете, — тень разочарования мелькнула на красивом лице девушки.
— К сожалению, нет, — я покачала головой и добавила встревоженно: — Если появится какая-то информация, сообщите?
Задумавшись на пару мгновений, девушка кивнула:
— Если опросы наших слуг действительно имеют к вам отношение — обязательно.
— Благодарю, — искренне улыбнулась я боярыне и с сожалением добавила: — Мне пора.
— До свидания, Софья, — на удивление добродушно ответила Стрелецкая и, не мешкая, направилась к ожидающему ее автомобилю.
Вряд ли обеспокоенная боярыня что-то узнает. Сотрудники князя умеют держать язык за зубами. Да и Соболев о случившемся уж точно не будет распространяться. Но держать руку на пульсе все равно не помешает.
Посмотрев вслед Марии, я неторопливо пошла к своей машине.
Как оказалось, забирал нас из школы сегодня не Василий, а Никита.
Возле дома журналистов, на удивление, не наблюдалось. Однако Никита предусмотрительно заехал во двор. Видя, какими грустно-нежными взглядами обмениваются сын моего слуги и Катенька, усмехнулась. А потом, недолго думая, дала задание помощнице прямо сейчас съездить к маме и проверить исполнение моих заказов. Пусть влюбленные побудут вместе.
Благодарно улыбнувшись, подруга густо-густо покраснела.
Зайдя со мной в дом, довольная девушка занесла рюкзак к себе в комнату и тотчас умчалась вместе с Никитой.
Переодевшись в домашнее, я прошла по непривычно пустому — сестренки с Надеждой еще не приехали с тренировки — дому на кухню. Плотно пообедав, вернулась к себе в комнату.
Деловых поездок сегодня не планировалось, делать абсолютно ничего не хотелось, поэтому я улеглась на кровать и обняла подушку. И сама не заметила, как уснула.
* * *— Хороша девка! Понимаю, почему на нее так запал князь, — одобрительно покивал темноволосый, довольно симпатичный мужчина, оторвав взгляд от огромного экрана телевизора.
— Господин, я готов выезжать, — раздался от дверей низкий приятный мужской голос.
— Отлично, — откинувшись на мягкую спинку баснословно дорогого кожаного дивана, хозяин кабинета ухмыльнулся.