– Эй, я вырос в Чарлстоне! – воскликнул Ральф, сидящий наискосок от нас. – Зачем тебе туда? Там красиво, но по вечерам никакой движухи.
– Знаешь там каких-нибудь оборотней? – с надеждой спросил я.
– Конечно: один мой родитель – барсук, а другой – сардина.
– Не мог бы ты у них разузнать, не поселилась ли там недавно в море оборотень-косатка? И если да, то передать ей, чтобы она мне позвонила?
Смешно, конечно – в фильмах таким способом пропавших не ищут. Но я всё равно оторвал клочок от тетрадного листа и нацарапал на нём свой номер телефона.
На десерт Полли гордо угощала всех пахучим лимонным пирогом. Однако её болотный приятель, маленький оборотень-питон Тино, который ходил с нами в один класс, но мало что говорил, отказался.
– Я ведь только позавчера ел, – сказал змеёныш. – Предложи мне завтра ещё раз.
Типичный питон! Змеи способны переваривать огромные порции, зато многим из них достаточно есть всего раз в месяц. Явившись к нам, болотные оборотни набили себе пузо до отвала, а теперь снова постились.
– Завтра ничего не останется, мелкий, – пробормотал Крис, выхватив у меня из-под носа последний кусок пирога.
География у нас в этот раз была вместе со старшеклассниками, чтобы у них не пропал урок. Мы набились в самый большой кабинет – К7, – и миссис Пелагиус стала спрашивать нас о морях и океанах. Я заметил, что пока Финни силилась перечислить все моря с цветом в названии, Барри написал записку и попытался перекинуть её девочке-акуле.
– Чёрное море… э… Красное море… Зелёного моря нет, так?
– Нет, – подтвердила миссис Пелагиус и подплыла к записке Барри, которая, совсем чуть-чуть не долетев до цели, упала в воду.
За пару миллисекунд до того, как Кармен, приподнявшись, потянулась к записке, листок оказался в черепашьем клюве миссис Пелагиус.
– Прочти вслух, – велела она Люси, и девочка-осьминог тремя щупальцами развернула записку.
– Там написано «Кармен, ты молоток!», – сообщила Люси.
Два класса грохнули от смеха. Акула-молот и Барри готовы были провалиться сквозь землю. Я тоже засмеялся, отметив про себя, что это очень мило. Когда наш одноклассник-забияка влюбился, я почти проникся к нему симпатией.
После географии последним уроком было человековедение. Почти все (даже Элла) дулись на Джека Кристалла за историю с Вейвом. Когда мистер Кристалл задавал вопросы, никто не поднимал руку.