Тот подошел, с тяжелым вздохом достал платок, аккуратно вытер сначала мой рот, потом подбородок, потом шею, а затем увлекся и в результате долго и старательно вытирал мою вновь обретенную грудь. Потом подышал на нее, потом…
— Э, морда светлая, ты чего делаешь? Я не съедобная!
Маг от груди оторвался, посмотрел в мои глаза, нарушая очередное правило общения с шайгеном… да я вообще уже обязана отвести этого урода к некроманту, а там убить, оживить, убить жестоко и снова оживить и вот сейчас за прямой взгляд в глаза удушить! Пески Хаоса, где ж некроманта нормального найти?!
— Прости, — прошептал эльфа и облизнул губы… и если бы свои!
Одно из испытаний шайгена — слейся с болотом.
Терплю — облизывает. Продолжаю терпеть — поднимает со стула, обнимает и продолжает облизывать… но только рот, зубы не разжимаю, а то, гоблин его знает, вдруг яды светлых даже шайгену повредить могут! В процессе облизывания начинает странно дышать… та-а-ак, вот это уже похоже на технику «Ядовитое дыхание»! И таки упорно пытается прорваться в рот! Все, терпение кончилось!
— Слушай, — я осторожно отодвинула мага — убивать его сейчас нежелательно, — на меня яды не действуют.
Маг замер, махнул рукой, и гевейк полетел на тарелку… тарелка раскололась, вот… гоблин тебе в харю! Затем исчезло мое платье!
— Давно бы так! — и я рванула к столу.
* * *Наслаждение от еды и свободы было недолгим, но гевейка я почти съела, когда в дверь постучали.
— За что?! — воздела руки к небу я, взмолясь нашему антиподу всего сущего, то есть Свету.
Свет молчал, вообще не удивительно, ночь же на дворе, а маг на меня, кажется, обиделся и тоже молчал. Нехотя щелкнул пальцами — дверь открылась.