- Кого же, позволь узнать?
- Л… Лауру.
Виттор усмехнулся. Виттор снова потрепал щеку брата, и тот гневно оттолкнул:
- Что смешного?!
- Л-Л-Лаура сожрет тебя с потрохами. Это хитрющая агатовская тварь, похлеще всякой Ионы. Галлард взял ее в заложницы – и сам не заметил, как очутился у алтаря. Она оседлала приарха, будто пони. А из тебя сделает комнатную собачку.
- Да ну… Быть не может…
- Марти, младенец ты наивный, научись уже видеть людей!
От злости и стыда Мартин покрылся пунцовыми пятнами. Джоакину тоже стало не по себе, но он счел разумным согласиться с графом:
- Да, милорд, ваша правда.
- Конечно, моя. Кстати, кто из вас выбрал Гвенду?
- Виноват… я, милорд.
- Почему ты? Я же поручил брату.
- Он э… был немного занят.
- Ага, ковырянием в носу. Мартин настолько слеп, что не смог даже выбрать няньку, вот и поручил тебе. А ты хорошо справился, Гвенда мне по душе. Любит детишек, как родных.
- Вит… - просипел Мартин.
- Что – Вит?
- Иона сказала…
- Да боги святые! Она же гавкает по-собачьи. Ты научился понимать лай?
Мартин откашлялся.
- Она сказала, ты мне совсем не доверяешь. Я столько лет искал бессмертие неправильно – а ты не подсказал, как надо.
- Баран. Я знать не знал, что ты там ищешь!
- А я не знал, что ищешь ты. И это, ну… обидно.
- Уфф. Иди поешь, выпей вина, успокой нервы. Сир Джоакин, пригляди за ним. Потянется к Лауре – бей по рукам.
* * *Армия Избранного пировала везде.
Пировала в Уэймаре, празднуя воскрешение графа Шейланда, и продолжала на пышных похоронах Галларда Альмера.
Тамошние жители встретили его с опаской: по всей империи шли жуткие слухи о Перстах и Мече Богов. Но Избранный пленял сердца. Он был весел и добр, усыновлял детишек и холил, как своих. По просьбе людей исчезал и возникал, повторяя в малом масштабе чудо своего воскрешения. А кроме того, давал пиры.
В Вудсе он накормил все население города.