По нескольку часов ежедневно Адриан проводил в обществе собратьев по ордену, а после лучился счастьем:
- Нас ждет чудо, друзья мои!
Слова императора передавались из уст в уста. Придворные не уставали строить догадки: какое чудо обещает Адриан? Одни считали: Первая Зима тоже сдастся без боя, как остальные гарнизоны северян. Другие думали, что речь о Минерве: она вернет законному владыке Вечный Эфес и корону. А третьи говорили: владыка оживит Священные Предметы! Не зря он везет пленного шавана, в чьих жилах течет первокровь.
- Адриан покажет чудо!
При этих словах леди Магда Лабелин думала одно: уже показал, говнюк, такое чудо устроил - я чуть не усралась от восторга! Она не злилась на супруга, о нет. Словом «злость» не передать вулкана гнева и обиды. Адриан забрал все, что она ценила. Бывают безмозглые бабы, склонные к трагедиям: «Ах, я потеряла все! Ой-ой-ой, ничего не осталось!» Магда – не из их числа. Она видела вещи трезво и ясно, отчего было лишь больнее.
А довеском шла эта сраная ирония. Только что Магда смеялась над Ориджином: города, которые он захватывал с трудом, Лабелины вернули без боя. Воюй, волчок, рубись – а умные люди все приберут к рукам. И вот, стараниями мужа, Магда оказалась в волчьей шкуре!
Она кипела, как идов котел, и жаждала выплеснуть все на супруга.
Владыка позвал ее в спальню и взял. Дважды подряд.
Магда уползла к себе, сытая, как кот на свадьбе.
Нет, она не простила Адриана. Гнев сохранился в душе, но, приглушенный удовольствием, больше не ослеплял.
Можно обрушить на мужа всю злобу, окатить ядом, отлупить хлесткими словами. Тогда он оскорбится, и уже тебе придется искать путей к примирению. Это невыгодно. Гораздо лучше – предоставить ему искупать вину. Пускай дарит подарки, осыпает лестью, зовет в постель. Принимай с радостью, награждай нежными словами.