- Затем потрогал опухоль на лице Джоакина и снова сказал: - Недурно.
- Чара не лечила меня, - возразил путевец. – Опухоль сходит из-за первокрови.
Ухмылка искривила губы Льда:
- Я оценил работу не Чары, а сестры.
Он поклонился старухе и ушел. Адъютант тенью помчал за господином.
- Ориджины, - скрипнула бабка и затем промолчала целую минуту.
* * *"
"Когда Джоакин уже мог не только поднять ложку, но и сам подняться с постели, в палату заглянул граф Виттор Кейлин Агна. Он привел с собой детей.
- Здравствуйте, сир Джоакин! У вас сильно болит?.
Букет Избранного насчитывал одиннадцать цветов. Граф привел четверых самых любимых.
- Детки, сейчас я поговорю с дядей Марти и сиром Джоакином. А вы держите ушки востро, слушайте и набирайтесь опыта. Потом расскажете мне, что узнали.
- Хорошо, дядя Вит!
Мартина до сих пор терзали боли, но под влиянием Предмета кости уже срослись, а опухоль спадала. Рот раскрывался на полную, локтевой сустав вернулся на место.
- Вит, гляди на локоть! Сгибается – и разгибается! Сгибается – разгибается! Здорово, а?
- А как было раньше? – спросил кто-то из детей. Мартин показал:
- Рука была толщиной как нога, а цветом – как слива. И гнулась не сюда, а наоборот!
- Ничего себе! Вот это да!..
- Эта рыжая потрудилась на славу. Но сначала я испугался – думал, убьет. Недобрая она…
Граф Виттор переместился и возник между изголовий коек. Он часто исчезал, когда хотел привлечь внимание.
- Слушайте, лучики мои. Сейчас я должен обсудить две темы – одна общая, а другая частная. Понимаете, как это?
- Общая - про всех, а частная – про кого-то одного! – отозвалась белокурая девчушка.
- Правильно, милая. И начну я с общей темы, а потом перейду к частной. Вы поймете, почему так лучше. Поймете, правда?
- Постараемся, дядя Вит!
- Итак, мы выступаем в поход, - теперь он обращался к Мартину и Джо, но поглядывал и на детей. – Было много сомнений.
- Кто это «мы»? – спросил мальчонка в жилете.
Граф усмехнулся:
- Я. Одни генералы советовали наступать, другие – ждать весны, я выбрал идти сейчас.