Переговоры прошли блестяще! Виттор сделал вид, будто хочет добиться мира с императором и получить сан приарха. Адриан потребовал взамен выдать ему Пауля, разгромить Первую Зиму и дать воспользоваться Абсолютом. Виттор изобразил колебания, даже собрался исчезнуть, но в итоге позволил себя уговорить. Кажется, шут Менсон почуял запах обмана, но владыка – олух! – не понял ничего. Виттор не желал ни мира, ни церковного сана, его просьбы служили лишь для отвода глаз. На деле он хотел одного: услышать условия Адриана, а также увидеть его одеяние.
Адриан велел Виттору взять Первую Зиму – значит, не собирался мириться с Ориджином. Этого-то и нужно! Адриан требовал выдать Пауля – следовательно, не знал, где Натаниэль. Иначе уже бы взял первокровь у второго и не нуждался в первом. Адриан просил на время Абсолют – стало быть, допускал возможность мира с графом Шейландом. И последнее: при нем не было ни Вечного Эфеса, ни короны. Они до сих пор у Минервы, значит, императрицей все еще является она. А Адриан, с точки зрения закона, - излишне дерзкий бургомистр Фаунтерры.
Виттор исчез как можно скорее, чтобы никто не заметил его радости. Перескочив на безлюдную гору, он рассмеялся от души. Идеальный исход, лучше нельзя придумать! Адриан не вмешается в битву, но поможет самим своим присутствием. Он, как пробка, запрет Ориджинов с юга, и не даст им ни призвать подкрепления, ни сбежать из Первой Зимы. Это значит, город неминуемо падет, а все, кто выживут, попадут в плен к Шейланду. Все, включая Минерву, Натаниэля и Десмонда! А также имперскую казну и регалии владыки.
Натаниэля Виттор отдаст Паулю – как награду, если тот хорошо послужит в битве. Старого Десмонда прикажет казнить, коль скоро каменная хворь не справилась с делом. Телуриан, Десмонд и Айден Альмера видели, как Виттор помирал от страха, стоя на коленях. Двое уже подохли, третий – на очереди. А когда Адриан придет за своими регалиями – граф выстрелит ему в лицо. Поскольку, тьма сожри, Адриан тоже был среди тех, перед кем Виттор стоял на коленях!
Пока Избранный говорил, подошел Флеминг с аббатом и присоединился к слушателям.
- А как вы поступите с Минервой? – позволила себе вопрос Хаш Эйлиш.
Граф лучезарно улыбнулся:
- Как нужно поступить с молодой, привлекательной и незамужней императрицей? Ответ представляется совершенно очевидным!
- Боги обручили вас с леди Ионой, - отметил аббат.
- К несчастью, моя душенька разорвала узы клятвы, когда предала меня.