Рядовые лучники стреляли без прицела – простым навесом через мост и вал. Ступень за валом была невелика, кайры плотно столпились там, и тучи стрел находили свою добычу. А ханида вир канна метили в окна замковых башен. То было сложно: выстрел на скаку, окна узки, башни высоки. Лишь двое попали С первого захода: сам Рихард и какой-то шаван. Но одним заходом дело не окончилось.
Когда последний шаванский отряд проскакал мимо моста, первый уже описал круг и снова заходил на цель. Орда закружилась кольцом, словно вихрь.
С каждым заходом шаваны наращивали меткость. Все кучнее летели стрелы, все чаще вспышки Перстов попадали в окна. Уже горели верхние этажи донжона, полыхала Южная башня, занялась Озерная.
- Рихард мечется между частями, как лейтенант, а не полководец. Виной тому его мальчишество или прискорбная дисциплина солдат, - отметил Франциск-Илиан.
- Тем не менее, атака хороша, - одобрил Серебряный Лис. - Когда весь замок загорится, кайры сами выбегут под копыта шаванам.
Камнеметы и арбалеты стреляли уже не так часто.
- Когда все окончится, я хочу получить их к себе на службу, - решил владыка.
- Ничего еще не кончилось! – в сердцах выпалил Менсон. – Покажи-ка северный фланг!
Птаха перелетела на другую сторону замка – но и тут картина была не в пользу Ориджинов. Побитые альмерцы отошли для перегруппировки, но их место заняли шейландцы, а с горной дороги выступили кайры Беломорья и начали строиться к атаке.
"- Да тьма сожррри! Кайры вы или нет? Соберрритесь, тряпки!
Как тут леди Магда заметила кое-что:
- Муж мой, а что происходит в лабиринте? Кажется, кто-то бежит…
Птаха сместилась, подставив взглядам лабиринт. Верно: там бежали люди. Не один, не два и даже не сотня.