Тогда я поднимаюсь в музыкальную комнату, репетирую Баха больше двух часов, а потом снова спускаюсь вниз.
На этот раз я скорее раздражена, чем разочарована.
— Вам нужно поужинать, — говорит Сэм, указывая на тарелки на столе, среди которых мой суп и два кусочка моего торта.
— У меня нет аппетита.
Я распахиваю шкаф, хватаю ведерко сладкой ваты и проскальзываю в библиотеку, чтобы почитать о выдуманной романтике и далеких мирах."
"Подумав, я хватаю дурацкие книги Илая по политике, истории и финансам и складываю их на плюшевом персидском ковре в несколько хаотичных рядов.
Идеально.
Я ложусь на живот и продолжаю есть сладкую вату, перелистывая страницы огромной книги о Столетней войне.
Я даже не читаю. Это абсолютно неинтересно.
Вся идея в том, чтобы испортить книгу.
Я фотографирую свои липкие пальцы, ведро сладкой ваты и гору его книг, а затем отправляю ему.
Ава: Интересные штуки.
Я не могу скрыть улыбку, когда его ответ приходит незамедлительно.
Железный Человек:Ты заляпала страницы сахарной ватой, Ава?
Ава:А я-то думала, что твои дедуктивные таланты уже заржавели.
Железный Человек:Прочь из библиотеки и забери с собой это ведро для террористов.
Ава:Но я не хочу. Кстати, ты можешь объяснить это?
Я обвожу красным строчку в книге, даже не читая ее, подчеркиваю или выделяю несколько других, а затем загибаю страницу для пущей убедительности. Удовлетворенная своей работой, я делаю снимок и отправляю его ему.
Он не отвечает в течение одной долгой минуты. Кажется, я довела его до сердечного приступа.
Весело.
Надо было раньше сыграть на его склонности к организованности. Неудивительно, что он отделил целой комнатой мою и его части библиотеки.
Ава: Ээээээй. Ты еще здесь?
Железный Человек:Абсолютно, но ты — нет, когда я закончу с тобой.
Ава: О, умоляю. Я просто невинно прошу о помощи.
Железный Человек: В тебе нет ничего невинного. В чем причина твоего бунтарства?
Ава: Я просто спокойно читаю.
Железный Человек:Хаотично — более подходящее слово.
Ава:Ты прав, никакого спокойствия тут нет. Я на всю врубила хеви-метал. Наши соседи заявили бы на меня в полицию, если бы не система звукоизоляции. Сэм эвакуировала из помещения почти весь персонал, так что остались только я и твои книги. Никто не спасет их от моей строгой системы подчеркивания. Какая жалость.
Я отправляю еще несколько фотографий с заметками, но на этот раз он не отвечает.
С ним неинтересно.