И если соблазнение — единственный способ, то я с радостью приму участие в этой игре.
Когда я провожу языком по среднему и указательному пальцам, его ноздри раздуваются, а челюсть напрягается. Я продолжаю, глубоко заглатывая пальцы, с жадностью посасывая и облизывая их, подражая тому, что я делала с ним совсем недавно.
Хотя он остается неподвижным, я чувствую, как его желание кипит под гладким фасадом, словно огонь, который ждет, чтобы разгореться. Когда он небрежно прикасается к своим часам, мне кажется, будто я чувствую, как его сдержанность уходит, но он все равно продолжает стоять на месте.
Раздражает, что он ничего не показывает внешне.
Как чертов психопат.
Чувствуя, что не получу желаемого, я разжимаю пальцы.
— Если ты закончил размышлять, мне нужно вернуться к очень важной сцене…
В одно мгновение я лежу, а в следующее сильные руки обхватывают мои лодыжки. Я вскрикиваю, когда меня переворачивают, раздвигают ноги, и Илай кладет обе руки по обе стороны от моей головы.
Он нависает надо мной, его тело находится в опасной близости от моего, и я с трудом пытаюсь перевести дыхание. Воздух вокруг нас трещит от напряжения, каждый нерв в моем теле на пределе. Его запах заполняет все мои чувства, ошеломляя своим знакомым опьянением и притягивая меня еще больше. Как будто мы два магнита, которых непреодолимо тянет друг к другу невидимая сила.
— В таком случае, дорогая жена, лучше мы подарим им что-нибудь веселое на память.
И тут его губы прижимаются к моим.
Глава 18
Ава
За моими веками вспыхивают белые звезды, когда требовательные, жесткие губы впиваются в мои в порыве пламенной страсти.
На мгновение моя кружащаяся голова настолько дезориентирована, что мне кажется, что я нахожусь в странном сне.
Но почувствовала бы я его тяжесть на себе, если бы это было так? Сжался бы мой живот от ощущения, что его пресс напрягается и становится все более твердым с каждым прикосновением к моим губам?
Мой рот открывается сам собой — всему виной шокирующий поворот событий — и он просовывает свой язык между моими зубами.
Он целует меня.
После многих лет отвержения и унижения именно Илай Кинг целует меня прямо сейчас.
И это не просто поцелуй. Это собственнические притязания, наполненные кипящей тьмой.
Меня ошеломляет осознание того, что Илай обладает способностью выполнять каждое действие с эклектичным запугиванием.