Я нервно цепляла пересохшие губы…
Вряд ли эта встреча сулит мне что-то хорошее…
Гадалка так пристально меня разглядывала, словно читала, как открытую книгу. И улыбалась. Широко. Жутко. Обнажая ровные белоснежные зубы.
Проталкивая шершавый ком, застрявший поперек горла, я прохрипела:
– Я… Я его не спасла… Лев погиб. Он погиб… Понимаете? А еще он очень сильно болел… Его заболевание прогрессировало. А я ничего не знала… Почему вы нам не сказали?.. – потрясла стойким оловянным солдатиком перед ее морщинистых лицом.
Пожилая женщина будто не слышала, глядя куда-то сквозь меня.
– …Я сделала выбор. Выбор сердцем! Как вы и просили… А потом он поехал и сделал это с собой… – Слезы брызнули из глаз и кривыми дорожками покатились по щекам. – Перед смертью мы с Мишей его предали. И как нам теперь с этим жить?
Картинки той ночи запрыгали перед глазами.
Лев. Такой сложный. Упертый. И бесстрашный. Настолько, что в одиночку сражался со своей болезнью и никому ничего не сказал. Я рыдала, закрыв лицо ладонями, а гадалка, придвинувшись, погладила меня по плечу.
Она зачастила тихим почти севшим голосом:
– Ты все сделала правильно, красавица. Ты выбрала сердцем. Ты все сделала правильно… Выбрала сердцем.
– Но Лев мертв! – В ожидании ответов я вцепилась в ее худую морщинистую руку. – У меня не получилось его спасти…
– Он там, где и должен быть. Смерть – это не всегда конец, – трескуче засмеялась гадалка, гладя меня по волосам."
"– Я ничего не понимаю… – Достав из сумки салфетки, промокнула заплаканное лицо.
– Иногда смерть – это всего лишь новое начало. – Подмигнув, она прикоснулась к моему животу. – Иди к своему любимому. Вы ему нужны.
– Мы? Но…
Поднявшись, пожилая женщина почти сразу затерялась в толпе туристов, которых к этому часу на набережной было уже прилично. А я продолжала сидеть, пытаясь справиться с волнением. Откуда она вообще взялась? На языке крутилось столько вопросов…
Иногда смерть – это всего лишь новое начало.
И как это понимать?
Из транса меня вывела настойчивая трель мобильного.
– Вики, ты где? – услышала его заспанный голос.
– На набережной. Взять тебе кофе?
– Угу. И давай уже дуй домой… Я соскучился. – Судя по растянутым ленивым ноткам, Царев улыбался.
– Иду…
Внезапно солнце вышло из-за туч. Небо просветлело. И впервые за долгие месяцы дышать стало гораздо легче. С улыбкой я поспешила туда, где меня ждали. Домой.
* * *– Вики, я почти закончил с завтраком.
Оставив одежду в прихожей, я поспешила в кухню и застыла от увиденного.