– Я так и знала! – гадалка зааплодировала.
– Что? Что там такое?! – Я кусала пересохшие губы, проклиная себя, что вообще сюда пришла.
– Эта карта называется «Любовь и Смерть».
– Но что это значит? – спросила севшим голосом.
– Ты и сама все понимаешь, девочка. И только тебе под силу их спасти.
Я в ужасе переводила взгляд с гадалки на карту и обратно. Руки тряслись. Меня колотила крупная дрожь. Да что за чертовщина?! Наверняка Агата все подстроила…
– О чем вы говорите? Это какой-то бред… Абсурд.
– Ты должна сделать выбор сердцем.
– Спасти? Но от чего? От чего их нужно спасать?! – моя голова начала мелко трястись, будто отказываясь верить происходящему.
– Делай то, что велит тебе сердце, даже в самой безумной агонии доверься ему… Ты должна сделать правильный выбор, девочка… Смотри, не ошибись.
31
Я вышла из шатра в полнейшей прострации. Ноги дрожали, руки не слушались. Ощущение надвигавшейся катастрофы неслось на меня, как многотонный неуправляемый локомотив.
– Вики, вот ты где! Я тебя потерял! – вцепившись в локоть, Миша развернул меня к себе лицом.
– Я была у гадалки…
В голове моментально всплыли обрывки нашего недавнего разговора. «Так, зашли чисто поржать. А потом… Все, что она предсказала, начало сбываться».
– Что она тебе сказала? – он нахмурился.
– Я ничего не поняла, Миш… Но некоторые ее слова звучали жутко…
– Ты вся дрожишь, – он обхватил мое лицо ладонями, заставив посмотреть ему в глаза.
– Нет… Я не хочу оставаться одна… Мне нужно поговорить со Львом… Где он? Когда вернется? – сердце до сих пор неслось галопом.
Хотелось убедиться, что с Левой все хорошо. Услышать его голос.
– Поверь мне, с ним все в порядке. Мы сегодня разговаривали по телефону. Он скоро приедет и все тебе объяснит.
– Что происходит, Миш? Сначала подозрительные таблетки, потом к нам в дом врываются какие-то головорезы, а теперь Лев и вовсе куда-то исчез.
Я была частью этого непростого уравнения с тремя переменными и имела право знать.
– Тебе надо успокоиться, – прошептал он, – Хочешь что-нибудь выпить? – нежно пробежался по моей шее костяшками.
– Я хочу напиться, – выдала безапелляционно.
– Вот даже как? – хмыкнув, Царев щелкнул меня по носу.