– Как тебе та случайность, что из всех девушек, девяносто девять процентов которых сами вешались на тебя, ты выбрал ту, что была тем самым одним процентом, что обходила тебя стороной? Ах, да, она также является единственной дочерью человека, который повинен в страданиях твоей матери, и которого ты ненавидишь больше всего в этой жизни. Знаешь, я не верю в совпадения.
Мои глаза опухли и болели, я думала, что уже не способна на слезы, но предатели, словно издеваясь, все прибывали и прибывали.
Он взглянул куда-то поверх моей головы, как делал это раньше, словно смотреть на меня было невыносимой задачей для него.
"– Я скрывал от тебя это не просто так, я не хотел, чтобы тебе было больно, я не хотел, чтобы ты возненавидела меня из-за моей матери. И как бы сильно я не мечтал отомстить твоему отцу, все, что было между нами – правда. – Джефри огладил мою щеку, его нежный взгляд казался мне таким искренним. – Я не играл с тобой, малышка, не посмел бы, потому что с самого детства я тебя люб…
– Что? Любишь меня? – усмехнулась я.
Фостер замер, словно громом пораженный, он не раздувал ноздри, словно обезумевший бык, его шея не покрывалась пятнами от ярости. Но я видела, как вся его уверенность ломается. На его щеке дернулся мускул, а зеленые глаза превратились в два уголька. Мои слезы, наконец, отступили, ведь я наслаждалась тем, что смогла разрушить Джефри Фостера. Как же я ненавидела его, но больше всего я ненавидела его проклятую мать.
– Замолкни, просто заткнись, Барбара, – прошипел он непривычно низким голосом.
Я улыбнулась, скрывая за широкой улыбкой свою боль. Он воспользовался мной? Нет, это я воспользовалась им. Спасибо, Мейсон, что подкинул мне идею.
– Я всегда была любопытна, в этот раз мой интерес завел меня слишком далеко. Но ты мне не нужен, Джефри, я покончила с тобой. Я получила от тебя все, что хотела. – Произнося эту ложь, я даже не вздрогнула, не отвела взгляда.
Он порывисто приблизился ко мне, но я даже бровью не шевельнула.