— Не до них пока, — раздраженно выпалила девушка и скрылась за дверью, после чего Юля облегченно вздохнула и вернулась к работе.
Московская область. БО «Васильки»
Целый день Романова провела на свежем воздухе. Обойдя окрестности несколько раз, она так и не смогла найти ничего интересного. Весь периметр базы окружал трехметровый кирпичный забор с намотанной сверху колючей проволокой. Через каждые сто метров находились вышки, с которых охранники наблюдали за всем происходящим на территории. А также множество камер следило за каждым шагом жителей «Золотой рыбки».
Присев на скамейку недалеко от главного корпуса, Ира переваривала увиденное и начала обдумывать свои дальнейшие действия, раз за разом приходя к выводу, что пытаться сбежать — бесполезно. Почувствовав, как начинает сводить желудок, она вспомнила, что со вчерашнего вечера ничего не ела. Перспектива встретиться с Громовым не радовала, но вечно скитаться по улице Ирина не могла. Рассеяно оглядевшись по сторонам, она поднялась на ноги, решив все-таки поужинать.
Два глубоких вздоха, и Романова уверенно вошла в столовую. Ей повезло: в помещении почти не было людей — все уже поели и разбрелись по своим делам. Закончив прием пищи, Ира направилась к себе, надеясь, что удача ее не покинет и Тимура она сегодня так и не встретит. Ирина осознавала, что не готова к встрече — еще слишком уязвима, нужно набраться сил, чтобы противостоять ему.
С каждым шагом дверь его комнаты стремительно приближалась, а сердце пропускало удар за ударом.
"— Ирина Алексеевна, — голос Бушина, внезапно раздавшийся в тишине коридора, пригвоздил ее к месту. — И снова здравствуйте.
Нервно сглотнув, Ира обернулась и попыталась изобразить приветливую улыбку.
— Добрый вечер, Адольф Михайлович, — осторожно проговорила она.
Вглядываясь в лицо управляющего, Ирина пыталась понять, что ему нужно. Вчерашний разговор мог иметь неприятные последствия, но она очень хотела их избежать.
— Опять гуляли? — иронично спросил Гитлер, беззастенчиво рассматривая женщину, стоявшею перед ним. Растрепанные волосы и румянец на щеках придавали внешнему виду Романовой небрежности. Бушину нравилась ее естественность: практически не пользуясь косметикой, Ира оставалась красивой и притягательной.