Тревога, поселившаяся внутри еще утром, с каждой минутой набирала обороты. Громов старался не поддаваться панике — ведь если бы случилось что-то плохое, он узнал бы первым.
Как ни странно, все, кто мог доставить Ирине неприятности, были на виду. Тим постоянно сталкивался с Бушиным, Гриневым, и даже Карина почтила его своим вниманием, однако о местонахождении Романовой не поступало никакой информации.
В очередной раз обойдя весь дом, Тимур вернулся в свою комнату. Боясь, что может навлечь ненужные подозрения, если начнет всех расспрашивать, он решил ничего не предпринимать и просто ждать.
Неизвестность угнетала, а фантазия услужливо вырисовывала возможные варианты событий. Нехорошее предчувствие все быстрее зрело внутри, вынуждая пульс стучать чаще, но Громов мужественно терпел. С трудом сдерживая себя, он лежал на кровати с закрытыми глазами и считал каждую минуту.
Услышав голоса в коридоре, Тим резко распахнул веки и прислушался.
Увидев его, Бушин махнул рукой, и Громову ничего не оставалось, как выйти из комнаты.
— Закончил уже? — поинтересовался управляющий.
Тим утвердительно кивнул, с жалостью вспоминая молоденькую блондинку, доставленную утром.
— И каков результат? Она согласилась? — расспрашивал Адольф Михайлович. Он делал высокую ставку на Тимура и хотел убедиться, что этот парень справится с любой поставленной задачей.
— В процессе, — напряженно ответил Громов.
— Вечно с этими новенькими одни проблемы… — заметил Гитлер. — Сам справишься, или помочь?
— Думаю, сам смогу все уладить, — натянуто улыбнулся Тим, оценив шутку управляющего.
— Ну и славно, держи меня в курсе.
— Конечно, а вы тут…"
"Тимур оборвал фразу на середине, заметив, как Бушин изменился в лице, и, проследив за его взглядом, обернулся.
Увидев Ирину, он, казалось, вовсе перестал дышать.
Романова стояла неподвижно, будто находясь в каком-то оцепенении. Она была совсем не готова встретить Тимура, выдержать полный фальшивой нежности взгляд.