Он намеренно не снижал запредельно высокую скорость — старался отвлечься от навязчивых воспоминаний, мучивших его все чаще. Остановился на светофоре и сам не заметил, как мысленно перенесся на несколько дней назад.
…Проснувшись рано утром, Золотов ощутил безумную боль в висках. Настолько сильную, что не мог оторвать голову от подушки. Кое-как приподнявшись на локтях, осмотрелся в поисках девушки, которая должна была лежать в его постели. Вчера он так желал ее, так волновался перед встречей, что не рассчитал и выпил лишнего, о чем сейчас очень сожалел, потому что не помнил ровным счетом ничего.
Собрав последние силы, Максим сел на кровати и только в этот момент заметил следы запекшейся крови на своем члене и простыни. Внезапная догадка пронзила сознание, но он отмахнулся от нее, как от назойливой мухи. Не могла Мира быть девственницей, ведь ее подруга сказала…
События вчерашнего вечера в хаотичном порядке возникали перед глазами яркими вспышками. Мучительно застонав, Золотов сжал голову руками, чтобы остановить эти мелькающие кадры.
— Идиот! — процедил сквозь зубы и встал с постели.
Принимая душ, он пытался придумать, как поступить дальше, что делать со всей сложившейся ситуацией, но, так и не найдя выход, покинул «Золотую рыбку» с намерением вернуться в следующую пятницу…
Услышав недовольные сигналы машин, Макс очнулся и, выжав педаль газа в пол, с ревом тронулся с места. После той злополучной ночи он окончательно потерял покой и сон. Вернувшись из клуба, Максим первым делом отыскал подругу Мирославы и готов был задушить эту дуру собственными руками, узнав всю правду.
Он день и ночь думал о Мире. Вдруг проснувшаяся совесть грызла его постоянно. Золотов чувствовал за собой вину и очень хотел хотя бы попытаться ее искупить, но сначала ему предстояло вытащить Мирославу из борделя. Он невесело усмехнулся: определить ее туда было намного проще, чем забрать обратно."
"Въехав во двор своего дома, Макс остановился на парковке и, достав свой смартфон, набрал номер отца.
Ответа так и не последовало.