Отложив мобильный в сторону, Максим нервно постучал пальцами по рулю, думая, что предпринять, затем заглушил мотор и, забрав свои вещи, вышел из машины. Поставил авто на сигнализацию и, набрав еще раз номер отца, направился к своему подъезду. Дождавшись, пока включится голосовая почта, он только и успел произнести: «Перезвони мне срочно…», после чего почувствовал резкую боль в затылке и погрузился в темноту…
Московская область. БО «Васильки»
— Ты уверена? — Громов смотрел Ирине в глаза и видел свое отражение.
— Сколько можно бегать, мы же взрослые люди, — улыбнувшись, передразнила она его.
— Как же я по тебе соскучился, — прошептал Тимур и едва ощутимо прикоснулся к ее губам.
Прикрыв глаза, целовал нежно-нежно, выражая все свои искренние чувства. Постепенно углублялся, волнуясь, как в первый раз. Ира была не одной из многих, для него она была особенной, единственной в мире. Только к ней тянуло с невероятной силой, вопреки всем законам и правилам, только ради нее он менялся — превращался из одинокого волка в преданного пса.
Поймав его настроение, Ирина обвила шею руками и крепче прижалась к мускулистой груди. Язык, пылко ласкающий глубины ее рта, сводил с ума. Она трепетала от нетерпения и, как могла, отвечала на поцелуй. Напряженная, словно пружина, готовая сорваться в любую секунду, старалась контролировать каждое свое движение.
Громов видел, что Ирина зажата, и намеревался это исправить, раскрепостить ее. Он не торопился, осознавая всю важность момента, хотел, чтобы хорошо было им обоим, но, в первую очередь, думал о ней.
Наконец оторвавшись от припухших губ, принялся осыпать влажными поцелуями гладкую кожу шеи, скользнул выше и провел языком по ушной раковине, опаляя горячим дыханием.
Романова проиграла этот сложный бой самой себе.