— Собираетесь сместить Владлена? — Я даже замерла от такого вопроса. Потому что это уже выходило за рамки простого разговора о спасении.
— Еще чего! И ходить с мишенью на спине? Нет. Такого мне и даром не надо. У меня есть идея получше.
— Отец должен знать, что я жив! — требовательно произнес Руслан.
— Если он узнает, то Владлен тоже. А если Олег не скажет, то… Между ними не будет крепких партнерских отношений, которые мне нужны.
— То есть вы хотите укрепить их позиции?
— Пока мои интересы совпадают с их — да.
— И как долго они будут совпадать?
— Зависит от обстоятельств, — лаконично ответил Герман.
— Решение или обстоятельства, в которые вы нас поставили?
Мороз недовольно прищурился, чуть наклонил голову, а у меня душа в пятки ушла. Здесь и сейчас между мужчинами шла негласная борьба. И от того, как она закончится, зависели наши жизни. Почему-то в последнем я не сомневалась.
— Ты умен, сложи два и два. Это идеальный выход. Новые имена, новая жизнь, — наконец произнес мужчина.
Он снова посмотрел на меня. Снисходительно так.
— Я вас услышал, — наконец, ответил Руслан. А я поверить не могла, что он согласился. Как? Зачем? Неужели правда мы станем кем-то другим? Но спорить при постороннем не решилась.
— Завтра утром вас отвезут в клинику. Не волнуйся — специалисты все проверенные и надежные. Все сделают, как надо.
— А что насчет работы?
— Обсудим это после, — отмахнулся Герман, поднимаясь на ноги.
Мужчина ушел, а я растерянно посмотрела на Руслана.
— Мы правда на это согласимся??
44
Ответом мне было молчание. И это, надо сказать, очень нервировало. Вообще я еще не видела Руслана настолько напряженным.
— Это… разумный выход, — наконец, произнес тот.
— Ты серьезно? — поразилась я.
— К сожалению, да, Алиса.
— Тогда хотя бы объясни почему нужно на такое соглашаться, — попросила, садясь напротив него. — Я не понимаю…
— Тот звонок в ресторане… Герман предупредил о том, что за нами отправили людей.
— Но кто?
— Скажем так, недоброжелатели твоего отца. У них давние счеты, так что, сама понимаешь, ставки в происходящем довольно высоки.
— Ладно. Допустим. Но ведь ты говорил, что позаботишься о безопасности. И Мансуров упоминал охрану…
— Да, говорил. И, кажется, мы оба с ним облажались.
— То есть все настолько серьезно? — ужаснулась я.
— Боюсь, что да.