Добиваясь руки Франчески, он попирал все законы логики и здравого смысла, но в то же время не мыслил жизни без нее. Когда Луиза его бросила, он был зол. Если Франческа его бросит, он перестанет существовать.
— Когда? — спросила она. — Когда ты попросил Джексона сделать это?
Ложь не спасла бы его, а лишь еще больше усугубила бы ситуацию.
— В тот день, когда мы здесь интервьюировали солиситоров.
Глаза ее потемнели, но она не спускала с него взгляда. Разумеется, она высчитывала, что это был за день.
— В первую очередь я попросил его заняться поисками миссис Хейвуд и Джорджианы, — продолжал Эдвард, отчаянно надеясь, что это склонит ее на его сторону.
Она сдвинула брови.
— Ты хотел поскорее от меня избавиться?
— Потому что ты слишком сильно меня искушала, — признался он. — Меня так отчаянно к тебе влекло, что я подумал, что так будет лучше всего.
Она начала качать головой, еще когда он говорил. Вначале едва заметно, потом все решительнее.
— Я тебе не нравилась. Я тебя раздражала. Я заставила тебя помочь мне, когда ты ничем не был мне обязан.
Эдвард выругался и провел рукой по волосам.
— Да! И все же я не мог остаться в стороне, даже когда ты сказала мне, что я сделал достаточно и могу считать свою задачу выполненной.
"— Тогда это все было лишь позывом, плоти. — Она опустила взгляд на ненавистные листы, разбросанные по полу. — И ты решил убедиться, что ничем не рискуешь, заведя интрижку со мной, пока дело не зашло слишком далеко.
Эдвард с трудом сглотнул ком. Неосознанно он вытянулся в струнку, зрительно став выше и холоднее.
— Нет, это было не так.
Она подняла на него глаза.
— Но выглядит все именно так.
Он ничего не сказал. Она была права. Именно так оно и выглядело. Он знал, когда отдавал Джексону инструкции, что не следует этого делать. Он лишь не ожидал, что этот поступок так жестоко отзовется.
Казалось, из Франчески разом вышел весь пар. Она повернулась и пошла прочь, захватив по дороге свою одежду. Она вышла и закрыла за собой дверь.