Воспоминания о таких жестянках остались у него с детства: такого же размера и формы, как и жестянки, в которых держали табак мужчины, предпочитающие самолично скатывать сигареты, только крышка была блестящей и шершавой – она использовалась, чтобы обработать место прокола перед тем, как ставить заплатку. Жестянка выглядела новехонькой, приклеенный ценник «Вулко» говорил о том, что стоила она семь долларов и двадцать три цента. Билл вроде бы помнил, что в детстве такой набор он мог купить за доллар с четвертаком.
– Она у тебя здесь не лежала.
– Нет, – согласился Майк. – Купил на прошлой неделе. В том самом торговом центре, если на то пошло.
– У тебя есть велосипед?
– Нет. – Майк встретился с ним взглядом.
– Просто взял и купил?
– Просто возникло такое желание. – Майк по-прежнему смотрел Биллу в глаза. – Проснулся и подумал, что эта штуковина может пригодиться. Мысль эта не отпускала весь день. Поэтому… я пошел и купил. И она тебе понадобилась.
– И она мне понадобилась, – кивнул Билл.
– Спросим у остальных, – ответил Майк. – Вечером.
– Думаешь, они все придут?
– Не знаю, Большой Билл. – Майк помолчал и добавил: – Думаю, есть вероятность, что не все. Один или двое могут решить, что лучше ускользнуть из города. Или… – Он пожал плечами.
– И что будем делать, если такое случится?
– Не знаю. – Майк указал на жестянку: – Я заплатил за нее семь долларов. Будем что-нибудь с ней делать или только смотреть?
Билл взял пиджак из сетчатой корзинки и аккуратно повесил на пустующий гвоздь.
Поток мыслей оборвался, Билл внезапно похолодел.
«О чем, во имя Иисуса, ты думаешь?»
– Что-то не так, Билл? – мягко спросил Майк.
– Все хорошо. – Его пальцы нащупали что-то маленькое, круглое и твердое.