Он, и Ричи, и Беверли как-то оказались рядом с гаражом «Трекер бразерс» – уже начался август и занятия в летней школе, благодаря которым Генри не слишком их донимал, практически закончились, – и разве не Виктор Крисс подошел к ним? Очень испуганный Виктор Крисс? Да, было и такое. Все стремительно катилось к развязке, и Билл теперь думает, что каждый ребенок в Дерри это чувствовал – а особенно Неудачники и компания Генри. Но произошло это позже.
– Да, это ты понял правильно, – бесстрастно соглашается Беверли.
"Ты чувствуешь… это прикосновение, дергаешься, оборачиваешься, а там Патрик, улыбается толстыми резиновыми губами. У него был пенал…
– Полный дохлых мух, – внезапно подает голос Ричи. – Конечно. Он убивал их зеленой линейкой и складывал в пенал. Я даже помню, как он выглядел: красный, с белой рифленой пластмассовой крышкой, которая сдвигалась, открываясь и закрываясь.
Эдди кивает.
– Ты дергаешься, а он улыбается, потом открывает пенал и ставит его так, чтобы ты видела дохлых мух внутри, – продолжает Беверли.
Бен качнулся назад на стуле, руки сцеплены за шеей. Беверли до сих пор не может поверить, что он такой тощий.
– Я уверен, что ты права.
– Ч-что с н-ним с-случилось, Беверли? – спрашивает Билл.
"Она вновь сглатывает слюну, пытаясь отогнать кошмарную мощь того, что она увидела в тот день в Пустоши, когда связанные между собой роликовые коньки висели у нее на плече, а колено саднило от боли после падения на Сент-Криспин-лейн, еще одной короткой, обсаженной деревьями улице, которая тупиком обрывалась там, где земля резко уходила вниз (и до сих пор уходит), обрываясь в Пустошь.