"
"Альбина снова продолжила наносить мне на лицо пробный вариант макияжа, я же закрыла глаза под благовидным предлогом и снова принялась кусать губы. На этот раз от того, что в душе появилось щемящее чувство, которое рождалось каждый раз, когда думала о втором ребенке.
- Семиверстова, тут не думать, а действовать нужно. Придет Антоха сегодня, ты вся в пеньюаре его встречаешь. Макияж продержится сколько будет нужно, обещаю. А там дело за малым - в койку затащила, через девять месяцев родила.
Не удержавшись, я рассмеялась.
- Посмотрим, Аль. Антон в последнее время приходит чуть ли не за полночь и такой уставший, что до койки у нас не доходило уже очень и очень давно.
Признание слетело с губ помимо воли, но беседа с подругой располагала к тому, чтобы быть откровенной.
- Трудоголик он у тебя, что уж тут. В отпуск пусть сходит, значит.
Она отодвинулась и скомандовала:
- Смотри.
Я распахнула глаза, и они тут же округлились. Неброский макияж подчеркнул все мои достоинства и скрыл незначительные недостатки. Альбина в своем деле была настоящей волшебницей.
- Красотааа! - выдохнула я.
- Спасибо не булькает. Так что веди меня на кухню, Мил. Благодарить будешь.
Посуда после ужина была убрана, Вадим - отправлен спать. Мы же с Алей сидели на кухне и тихо вели беседу под бокал красного сухого.
- Мась, ты только не обижайся, но у меня такой вопрос… Чего вы с Антохой в другую квартиру не переедете? Он вроде важная шишка теперь, зарабатывает прилично. Пора менять конуру на что-то более внушительное.
Услышь я слово «конура», примененное к моему дому, из других уст, уже наверняка бы возмутилась.
Он всегда был карьеристом, всегда стремился к статусности, которая для него была весьма важной. И даже когда мы перебивались с хлеба на воду и обратно, я знала, что рано или поздно муж добьется всего, о чем мечтает.
Познакомились мы с ним в первый же день занятий в институте. Я влюбилась в Антона до чертиков.