Он стал говорить, что, встретив меня, он понял, что не любит жену, что он живет с ней только из жалости, что дочери нужно подрасти, что они с женой давно не спят вместе, что, если он уйдет, жена покончит с собой, а быть может, даже убьет и меня. Такая, мол, она у него сумасшедшая…
— А сколько лет было его дочери, когда вы познакомились?
— Десять.
— Значит, сейчас ей двадцать два?
— Да, — тут же, словно по команде, кивнула я головой.
— Что же ему мешает уйти из семьи теперь?
— Вторая дочь, — залилась я алой краской.
— Как?
— У него родилась еще одна дочь. Ей сейчас семь лет. Она в первый класс в этом году пошла…
— Как же так? Он же не спит со своей женой? У него же нет другого интима, кроме как с вами! — В глазах Ирины появилась все та же жестокая и крайне неприятная усмешка.
— Говорит, что было всего один раз за все эти годы. Всего один-единственный раз, и она забеременела. Выпили, и он с собой не совладал. Она сама напросилась.
— Что было всего один раз?
— Трахнул он свою жену всего один раз!
— За все эти годы?
— За все эти годы! — Я и сама не заметила, как перешла на крик.
— И вы ему поверили?
— Чему именно?
— Что он всего один раз за все эти годы переспал со своей женой?
— Да.
— Надо же, а ведь он у вас антихрист.
— Да он и не только Богом клялся, еще своими детьми, своим здоровьем.
— Получается, что в его жизни вообще нет никаких ценностей.
— Вы думаете, что он меня обманывал? Вы считаете, что, прикрываясь подобными словами, можно обмануть человека?
— Я вообще ничего не считаю.
Психолог закинула ногу за ногу и посмотрела на меня изучающим взглядом. Я вцепилась в подлокотники кожаного кресла и принялась сверлить глазами пол. Ирина открыла свой журнал, что-то в него записала и произнесла все так же спокойно, отчетливо выделяя каждое сказанное слово.