Если Пелекин оказывался в числе тех, кого мне советовали, начинал задавать дополнительные вопросы.
— Отлично, — кивнул Савелий Лукич. — В филерскую службу годен.
— Поставленная задача не выполнена. Как оперативник себя не проявил, но можно подучить и дать ему закончить выполнение задания, — кивнул ротмистр Алексеев.
— Хорошо, — согласился с мнением комиссии полковник. — Тогда пока что определяю вас к Савелию Лукичу. Получите новые знания, завершите дело, а там уже вынесем окончательный вердикт. Идем дальше.
— Я, — тихо поднялась со своего места белошвейка.
— Вам было поручено провести наблюдение за коллективом, в котором вы работаете, и дать свою оценку — кто склонен к бунтарству, подстрекательству и кто может уже состоит в запрещенных партиях и кружках. Итак, я слушаю, что вы смогли узнать.
Попутно запинаясь и сбиваясь, Аглая сказала, что все работницы их цеха являются верноподданными императора, и лишь старшая белошвейка Сонина куда-то пропадает по вечерам. Куда именно, она узнать не смогла и привлекла к себе излишнее внимание.
Тут уже члены комиссии повернулись к Тамаре Игнатьевне."
"— Скажите, милостивая сударыня, у вас есть подруги? — лицо женщины неуловимо поменялось, строгость исчезла, а вместо нее появилась благожелательность и внимание к собеседнику.
— Одна, — тихо произнесла Аглая.
— А что с остальными? Не делятся своими секретиками? Считают тебя хуже них, или наоборот?
— Они меня словно не замечают, — пожаловалась девушка.
— Это не страшно, — заметив слезы на глазах Аглаи, мягко улыбнулась женщина. — Лучше скажи, были случаи, когда они думали, что тебя рядом нет и о чем-то беседовали между собой?
— Да, часто, — кивнула Аглая. — Я для них словно пустое место.
— Не переживай. У нас ты найдешь тех, кто с тобой поговорит.
— Да было, — нахмурив бровки, согласилась Аглая. — Степаниде наш проверяющий как-то юбку задрал. Ну и... — тут она покраснела. — Вот она и жаловалась своей соседке по койке Ирине, что теперь ее муж проституткой считает. Мол, сама проверяющему дала.