Учитывая, что многоуважаемый ректор оставил нас без обеда, перекус не помешал бы.
— Благодарю, леди Бон, — кивнул хозяин кабинета, даже не глядя на неё. — Так вот, мои организованные, словно преступники под рукой сильного главаря, леди.
— Неожиданное сравнение, — произнесла Бри, похлопав ресничками.
— Но очень точное, — заметил ректор и оглядел наши не тронутые чувством вины лица. — Вы в Санторе лишь сутки, а уже…
— Что это? — воскликнула Корделия, очаровательная хрупкая блондинка с небесно–голубыми глазами, которую каждый встречный–поперечный готов был защищать, оберегать и на руках носить.
— Кровь, — ровным голосом ответила леди Бон. — Как заказывали. И деликатесный гематоген, свежая поставка.
— Мы не заказывали кровь, точно вам говорю, — Корделия взяла свой бокал и вернула его секретарю. — Но благодарим вас за… угощение.
Майя и Рика упали в обморок, как только разглядели наполнение бокалов, кто–то побледнел, кто–то позеленел, я сделала глубокий вдох, пытаясь прийти в себя и в ноздри тут же ударил мерзопакостный аромат «напитка». Таяна незаметно сунула мне в руки веер, поднялась, сделала шаг в сторону окна…"
"Я заинтересовалась и позабыла о тошноте. Что она планирует учудить? Вряд ли открыть окно, чтобы всем полегчало. Может, упасть в картинный обморок на руки ректора? Он как раз совсем рядом стоит.
Однако столь топорно леди Феар действовать не планировала. Она действительно подошла к окну, распахнула его, бросив на застывшего мужчину кроткий взгляд и сообщила, что нам не помешает немного воздуха.
Первый же порыв ветерка дал нам возможность прийти в себя, а Таяне — продемонстрировать ректору свои великолепные волосы, которые «совершенно случайно» выбились из причёски и восхитительным каскадом цвета воронова крыла рассыпались по плечам, прикрыли спину, тонкую талию, спустились воздушными локонами до колен.
— О! — протянул ректор.
— Ах! — испугалась Таяна, спешно собирая богатство руками, скручивая, пряча от мужского взгляда. Конечно, пора вспомнить о приличиях! Всё, что нужно было, он уже увидел! — Какой позор! Какой позор! Так неловко! — шептала она, отчаянно глядя на мужчину.
Щёки красавицы заалели, глаза блестели — взгляда не оторвать. И это её смущение, такое натуральное. Он точно должен проникнуться.