Черная смерть (СИ)

Единственного, который сможет принести мир и порядок в охваченные пороком и враждой королевства. И придёт он с севера. Бог в облике человека. И падут перед ним монархи. Владыки опустятся на колени и склонят свои головы, сделавшись равными вам — обычным людям. И возвысится простой человек. И…

Голос «пророка» внезапно вновь сорвался на визг и тут же оборвался. Бойцам ордена наконец-то удалось руганью, пинками и тычками пробить себе дорогу сквозь толпу. Один из них подбежал к вещавшему и тут же ударил его кулаком в живот.

Бедолага согнулся пополам. Его тут же вырвало какой-то жёлтой жижей с красными прожилками. Второй боец тут же заломал ему руки за спину и принялся вязать их верёвкой. Два оставшихся встали между своими товарищами и толпой, которая начинала опасно волноваться. Послышались ругательства. Рядом с солдатами начали падать тухлые овощи.

— И вот сука, уже третий пророк за неделю, — сплюнул разговаривавший с нами солдат, — И чего им тут неймётся? Мёдом что-ли намазано. И каждый раз это приводит к волнениям.

Ёбаный хер.

— О каком таком богочеловеке он рассказывал? — поинтересовался я.

— Да хер его разберёт, о чём они там бормочут, — отмахнулся солдат, — Мы их уже даже пыткам подвергали, пытаясь выяснить что это за хер такой пытается себе статус бога присвоить. Не колются ни в какую. Один только ляпнул, что он мол из наших. Так ему потом за такую ересь язык раскалёнными клещами вытащили. За оскорбление ордена. О, кстати. Выж вроде сами с севера. Ну как? Видели там бога в человеческом обличье?

— Да как-то не довелось, — покачал головой я, размышляя о том, кто вообще может таким заниматься.

Вообще, если верить Вернону, процесс весьма закономерен. Политеизм понемногу заменяется монотеизмом. Вот только лекарь забыл уточнить, что какой-то хер попробует выдать себя за «создателя всего сущего» или «его посланца на этой грешной земле».

— Вот и я тоже так думаю, — осклабился боец, — Не дано человеку встать на один уровень с богами. И уж тем более не дано нам, простым смертным понять их замыслов.

Мы, в отличии от них, не видим общей картины. Потому не можем знать, что хорошо, а что плохо. А потому и хулить их за то, что по нашему мнению, плохо не имеем никакого права.

— А с этим что будет? — спросила Айлин кивая на бедолагу, которого как раз тащили мимо нас. Некоторые люди из толпы решили «последовать за мучеником» по крайней мере до храмового квартала. Но основная масса уже разошлась и принялась заниматься своими повседневными делами.