– Возможно, поздравительная телеграмма от твоих родственников из Воронежа, – пожал плечами Егор Савельевич. И кивнул сыну: – Поди, Миша, открой.
Поднявшись, тот поплелся в прихожую, недовольно бурча под нос…
Ворчать юноша прекратил сразу, едва распахнул входную дверь. На лестничной клетке стояли несколько человек в военной форме. По цвету петлиц и околышей Мишка догадался: сотрудники НКВД. В школе и на улице он не отличался примерным поведением, поэтому сердце тотчас сползло в пятки. Ссутулившись и втянув голову в плечи, он словно уменьшился в росте.
– Протасовы здесь проживают? – низким голосом спросил один из офицеров со шпалами в петлицах.
Ответить нормальным образом Мишка не смог – горло моментально пересохло. Просто кивнул.
Этого было достаточно. Капитан Государственной безопасности отодвинул его в сторону и шагнул в квартиру. За ним проследовали остальные. Машинально прикрыв входную дверь, Михаил осторожно двинулся за страшными гостями…
В большой гостиной их встретила гробовая тишина. Побледневшая Лидия Николаевна и выглядывавшая из своей комнаты Анна смотрели на мужчин в форме с затаенным страхом.
Остановившись от него в трех шагах, капитан госбезопасности спросил:
– Вы Протасов Егор Савельевич?
– Я, – кивнул тот, поставил стакан с недопитым чаем на маленький столик и поднялся.
"– Вот ордер на ваш арест, – в руках капитана зашелестела небольшая бумажка, на которой сиротливо пестрели несколько ровных строчек, чья-то подпись и печать. – Вам придется проехать с нами.
Егор Савельевич растерянно посмотрел на супругу. Потом двинулся было к выходу, но спохватился:
– Позвольте мне переодеться?
Капитан кивнул одному из подчиненных. Тот вместе с Протасовым удалился в дальнюю комнату. В гостиной снова повисла напряженная тишина… Минут через пять они вернулись.
Когда хозяина вывели из квартиры, Лидия Николаевна приглушенно застонала, но хорошо поставленный командный голос капитана заставил ее замереть:
– Всех родственников Протасова Егора Савельевича прошу оставаться в этой комнате.