Дважды нашего бородатого здоровяка просить было не нужно. Мощным ударом ноги он бахнул по двери, и она с грохотом открылась. Послышался чей-то визг, затем я увидел яркую вспышку и нечеловеческий хрип.
Проход наконец освободился, и я смог посмотреть, что там впереди происходит. Подземелье оказалось с очень низкими потолками, но зато намного шире прохода, поэтому вскоре мы все оказались внутри.
Прямо напротив лежало обгорелое тело одного из упырей, которого Громобой практически испепелил.
Легким и плавным движением Ткач прекратил его мучения отрубив голову, которая как мяч неправильной формы покатилась по каменному полу.
Ну а затем началась настоящая бойня, иначе это назвать сложно. Из двух коридоров сразу к нам начали ломиться остальные упыри, которых привлекли звуки битвы."
"Если и можно было придумать условия для сражения хуже, то я даже не знаю, что бы это могло быть.
Как будто это было задумано раньше, призраки оттеснили нас за свои спины и выстроились перед нами. Сразу несколько заклинаний сработали одновременно.
Громобой поставил впереди мощную Огненную Стену, а Пиявка прямо под ней устроил нечто вроде болота. Пытавшиеся пробраться сквозь нее упыри вязли в этой трясине, не могли из нее выбраться и это было последнее, что с ними происходило перед тем, как они обращались в обгорелые черные головешки.
Превратившийся в упыря Педро и Ткач, даже не могли поучаствовать в драке — Громобой с Болотниковым просто не оставляли упырям никакого шанса!
С того момента, когда мы с Лешкой начали ходить по всяким подземельям, впервые мы оставались простыми зрителями. Я поймал себя на мысли, что в какой-то момент я даже хотел продраться сквозь призраков, чтобы и самому поучаствовать в драке.
А потом вдруг все стихло… Больше никто к нам не ломился, зато в огне лежала груда обгорелых тел, которые до сих пор еще краснели — обугленные угольки плоти и костей.
— Там больше никого нет, — сказала Катя и пожала плечами. — Только лишь мертвые тела всего семейства Мамонтовых.
— Твою мать! — сплюнул Громобой.