Поднесла бутылку с водой к губам Мартина; тот принялся жадно пить и все никак не мог напиться.
Шоу стоял в углу с выражением, ясно говорившим: «Все это пустая трата времени, которая может стоить нам жизни». Кейт уже достаточно хорошо его изучила.
Она подбородком указала на двустворчатые металлические двери. Закатив глаза, Шоу поплелся прочь.
– Мартин, мне нужно спросить тебя про записи. Я их не понимаю.
Он покачал головой из стороны в сторону, опираясь затылком о дверцу.
– Ответы… мертвы. Умерли и похоронены. Нет среди живых…
Кейт утерла с его лба свежую испарину.
– Умерли и похоронены? Где? Не понимаю.
– Найди поворотные пункты. Когда геном меняется. Мы искали… нет в живых. Мы проиграли. Я проиграл.
Закрыв глаза, Кейт потерла веки, раздумывая, не дать ли ему еще стероидов. Ей нужны ответы. Но есть и риски. Она взяла пузырек преднизолона.
Двери кухни приоткрылись, и в щель просунулась голова Шоу.
– Началось. Пора трогаться.
Кивнув в знак согласия, Кейт помогла солдату поставить Мартина на ноги и вывести его из здания.
– Дальний трап, – вполголоса сообщил Шоу и поволок Мартина туда.
За дальним трапом – местом посадки лоялистов Иммари, как заключила Кейт, – присматривали четверо часовых.
Корабль уже стал хорошо виден. Некогда шикарный лайнер теперь сильно обветшал; у Кейт даже возникли сомнения, что он вообще способен держаться на воде.
Шоу быстро переговорил с часовыми, что-то на тему «перебрал сиропа от кашля» и «завтра будет как стеклышко».
К облегчению Кейт, контрольно-пропускной пункт они миновали без проблем, влившись в толпы народа, взбирающегося по трапу. Наверху беглецы попали в коридор со стенами по обе стороны, но открытый небу и залитый светом луны.