Если бы я не заявил о личном участии в ратном деле, меня бы ещё раньше берендеи сцапали, которых он к этому и готовил.
Ну князь… Теперь я понимаю, почему он не хотел подпускать меня к Василисе.
Просто он не до конца понимал, в чём моя сила. А ныне мог и догадаться, что Зерно жизни у меня.
Делая добро его дочери, я раскрыл ему глаза. И какой следующий шаг мне ждать от Могуты?..
Вот с такими мыслями я и поехал домой."
"Но даже коварный Могута со своими злодеяниями уходит на второй план, когда я въезжаю на свою грандиозную стройку.
По обновлённому мосту через реку с Сосково и Мелихово тянутся нескончаемые вереницы повозок. С запада через Новосёлки едет железная руна, с севера от Елькино — качественное дерево. С востока через Звягинки начали прибывать первые небольшие караваны с провизией из Мыцкого. Чтобы обеспечивать безопасность всей логистики нужны люди. Дружина моя растёт, как грибы после дождя.
«Два серебряника в неделю» — это уже афоризма у местных.
У многих дружинников семьи, хорошие дома с участками. И теперь основным доходом стало служение графу. Люди начинают понемногу богатеть и становиться ещё добрее друг к другу. Вижу это, потому что жалоб всё меньше.
А ещё у меня растёт население. Недавно только обсуждали с Илларионом, что много работяг наёмных с юга подумывают о переезде сюда семьями. Давайте, давайте!..
В особняке встретила Леночка, как всегда с заботой и мимолётно тоскливым взглядом. Подумал, что мне, собаке, ещё надо.
Наутро отправился в Академию, соизволив немного поучиться, да и повидаться кое с кем захотелось. Как только моя нога вступила в Главный холл, шокирующая новость срубила меня на повал.
— Василиса Прозревшая у нас учиться будет, Морозова сказала, — доносится от группы адепток.