Я не Шерлок Холмс, я просто любил раньше смотреть детективные фильмы.
Тонкий красный след от удавки, как и у прошлой жертвы. Платье не разорвано и не испачкано, скорее всего, её не насиловали. Осматриваю ногти на руках: короткие, чистые, следов чужой плоти не видно. Приподнимаю платье, на коленках ссадин нет. В общем, никакой борьбы не было. Обувь на месте, снять не успели.
Чую, как много на мне сейчас взглядов. Шепчутся идиоты и мне сосредоточиться не дают.
Деревянную подошву осматриваю. Частицы высохшей земли легко ссыпаются из щелей.
— Где находили остальные тела? — Спрашиваю Печкина, не поднимаясь.
— В проулках, на улицах, — начал…
— Но на таком открытом месте впервые? — Перебиваю.
— Да, впервые.
— И с чего бы? — Вздыхаю."
"— Мы усилили ночные патрули в связи с предстоящим празднованием, — отвечает уже Свиридов. — Особенно эти дни.
— Понятно, значит ему сложнее действовать по тёмным улицам, — заключаю. — И он сорвался.
Следователи смотрят на меня щенячьи.
— Полагаю, её не здесь убили, — озвучиваю версию.
— Где–то в проулке? Но до ближайшего — метров пятьдесят, — говорит Печкин.
— Здесь вокруг брусчатка, — объясняю дальше. — А у неё на обуви грязь.
Алексей подскакивает. Проводит пальцем, нюхает.
— Грязь с речки, — заключает.
— Но осыпалась она только сейчас. То есть, когда её несли, она была мокрая, эта грязь, — делюсь соображениями. — Много у нас, где поблизости берег с такой грязью?
Стражники переглядываются.
— Да не много, — отвечает один.
Но тут же начинают называть совершенно разные направления. Да ёпрст.
— Так, подождите, — обрубаю галдёж. — А неужели никто не видел, как её ночью сюда приволокли? Стражу дворца ночной смены опросили?
— Да здесь мы, — отзывается один. — У нас обход вдоль забора за час. Как тут увидишь? Проскочил, гад.
— Но лошадей вы не слышали? — Уточняю.
— Нет, но вроде скрипело что–то за забором, — отвечает второй.
— А чего раньше–то молчал? — Возмутился Печкин.
— Так, получается, он на телеге её привёз, — заключаю и объявляю громко: — Так, все посторонние назад! Иван, Алексей, ищем следы.
Узкий участок примятой травы я бы не увидел обычным глазом, когда дурачьё уже всё здесь затоптало. Присел неподалёку от тела, делая вид, что смотрю, а сам под шумок через палец пускаю корень чуть больше волоска в почву. А дальше пронизываю весь дёрн, быстро наращивая тонкую сеть, которая выходит на поверхность для исследования.