Лыков оттянул защелку ствола, переломил револьвер: барабан был полон:
— Спасибо!
Через сени Панибратов быстро вывел гостя во двор к задней калитке. Открыл ее и пропустил к соседям:
— Далее вон туда, за баню.
— Попытайтесь продержать их под дверью хоть четверть часа. И — я ваш вечный должник!
Амилий Петрович молча перекрестил сыщика и побежал обратно в дом. Лыков же, не теряя ни секунды, кинулся прочь. Проскочил в соседний сад и, не глядя по сторонам, быстрым шагом направился к воротам. Какой-то господин в халате и феске сидел на веранде и пил чай.
— Добрый вечер, — вежливо поздоровался Алексей.
— Добрый… — растерянно пробормотал господин.
Собравшись с духом, сыщик вышел на улицу. Снова он на Костромской! Если «оборотни» уже успели выставить здесь наблюдение, он пропал. Второй раз его не упустят. Оглядевшись по сторонам, коллежский асессор чуть не вскрикнул от радости. На всей улице обнаружилось лишь несколько прохожих, никто из них не походил на людей Бекорюкова.
Куда теперь? Если даже Амилий Петрович и продержится четверть часа, это лишь полдела. За это время Лыков должен незаметно добраться до выезда из города, найти там телегу и уговорить возницу скрытно доставить его в Нефедьевку. О том, что делать дальше, пока думать было преждевременно…
Дойдя до пересечения с Полукруглой улицей — он шел здесь под конвоем десять минут назад, — Алексей незаметно высунулся. Вдалеке, на углу Мещанской, торчала одинокая фигура. Тамазин! Помощник исправника неотрывно смотрел в его сторону.
Никогда еще он так не бегал. Жизни многих людей висели сейчас на волоске и зависели только от его скорости и удачи. Немногочисленные прохожие с удивлением наблюдали, как хорошо одетый господин несется по улице словно базарный вор, стянувший связку баранок. Добравшись до угла Новой, Алексей повернул направо.