Например, по занятию сексом с арбузом, дыней и прочими бахчевыми культур-мультурами. Ладно, пора спуститься на землю. Новостей по молодежи нет?
– Я утром был в управлении. Сам себе, что называется, отпуск «подрезал», – хмыкнул Малышев. – Основная версия – тех четверых в доме грохнули наши птенчики, и сейчас они якобы «в бегах».
– Ты говорил, что в лесу нашли тело той девки.
– Нашли, – подтвердил Сергей. – Наше счастье, что все спихнули на медведя. Уже вроде одного косолапого подстрелили. И я не думаю, что они найдут наше место.
– Эта хрень еще долго не уляжется, – помедлив, сказала Мария. – Уже третий день, а все программы только с этого мочилова начинаются.
– У них богатые и влиятельные предки. Этого следовало ожидать, – спокойно ответил Сергей. Он подошел к высокому шкафу, открыл его, достал с верхней полочки крошечную баночку.
– У меня для тебя сюрприз.
– Опять сюрприз? – насторожилась Мария.
– Хе-хе, обожаю твой юмор, – засмеялся Сергей. Открыв ее, он сунул палец внутрь, мазнул клейкой массой под носом.
– Сделай то же самое, – велел он, протягивая женщине баночку, и она, замешкавшись, повиновалась.
«Ментоловая мазь, – подумала она, вдыхая запах мяты. – Это значит, что будет кое-что похлеще медного быка…»
Сергей подхватил мятую алюминиевую кастрюлю с цементного пола.
– Идем.
Они вышли из пыточной камеры через другой выход, спустились по ступенькам на один этаж ниже.
– Извини, что не говорил тебе раньше, – сказал Малышев, шагая по узкому коридору. – Мы с тобой давно не виделись…
Он остановился возле обшарпанной двери, на которой еще остались остатки синей краски.
– Я хочу тебя познакомить со своей первой любовью, – сообщил он заговорщическим тоном, словно делился секретной информацией спецслужб.
– Этого еще не хватало, – пробормотала Мария.
– Здесь раньше хранились СИЗ, – пояснил Сергей, нащупывая выключатель.
– Какие еще СИЗ? – не поняла Мария.
– Средства индивидуальной защиты, – объяснил Малышев. – Противогазы и прочая хрень по гражданской обороне. Я же тебе рассказывал, для чего строились эти подвалы.
Мария почувствовала затхлый воздух, который не смогла перебить даже мазь под ноздрями.