В конце концов… Кто из нас гуманней? Ты, который мучил маму на протяжении двадцати лет? Сделал из нее наркозависимое пугало, которое можно трахать по настроению и отвешивать оплеухи? Да она пукнуть без твоего разрешения боялась! Или…"
"– Заткнись! – заорал Малышев.
– …или я? Который, по сути, освободил ее? Теперь наша мама наверняка на небесах!
– Ты целовал ее мертвые губы, мразь ублюдочная, – сквозь зубы зашипел Сергей.
– Я спас твою шкуру, па, – напомнил Артур. Шмыгнув носом, он добавил заговорщическим тоном:
– На самом деле я избавился от мамы не только поэтому.
– Ты о чем? – процедил Сергей.
– Я о том, что если бы ты хряпнул стопку из того пузыря, что в морозилке, ты сейчас бы со мной не разговаривал, а валялся бы в отключке. Но, судя по всему, ты выпил что-то другое. Минералку или газировку, да?
Пока Сергей мысленно переваривал сказанное, Артут с презрительной усмешкой наблюдал за отцом.
– Глядя на тебя, я представляю, как в твоей голове пару дистрофиков пытаются передвинуть шкаф с гантелями, – сказал он. – Тяжко соображать, да?
«Газировка, – скользнула у Малышева мысль. – Я сделал несколько глотков газировки, и мне сразу показался странным вкус…»
Он вспомнил скребущие в окно ветки яблони, тени на стенах, и как венец всего этого воплощенного безумия – отрезанная рука Артура…
– Что ты мне подмешал, гаденыш?! – задыхаясь от ненависти, закричал он.
– Тише, не шуми, – улыбнулся Артур. Он вел себя так, словно это он был отцом, который вел непринужденную беседу с непоседливым сыном. – Я все расскажу. В Интернете я нашел несколько рецептов, как самостоятельно изготовить галлюциногенный препарат. Я пошел в аптеку, купил кое-чего, растолок в чашке, а потом добавил этого порошка во все жидкости, которые ты мог бы залить в себя. На форумах делятся впечатлениями, мол, вштыривает похлеще наркоты.