– Что в пакете? – хрипло спросил Малышев. – Еще одна рука? Или набор отрезанных членов?
Его указательный палец подрагивал, вот-вот норовя утопить спусковой крючок, и он прилагал последние усилия, чтобы не расстрелять в упор собственного сына."
"– Это тебе на похороны, – обронил Артур, небрежным движением кидая розы под ноги отцу. – Цветы не окрашены. Я действительно нашел в нашем городе черные розы. Правда, и цена на них кусается, но разве мне жалко денег для собственного папаши?
– Что в пакете?!! – взревел Малышев.
Лицо Артура исказила звериная гримаса, и тут же прозвучал сухой щелчок. Спустя мгновение левое плечо Сергея резанула хлесткая боль. Ружье в его руке дернулось, и он непроизвольно нажал на спусковой крючок. Прогремел выстрел, из ствола вырвалось облачко дыма.
Артур покачнулся и, обернувшись, взглянул на изрешеченную дверь. Одна из дробин сорвала клочок кожи с его шеи. Пощупав ранку, парень уставился на покрасневшие от крови пальцы.
Сергей хрипло дышал, держа перед собой ружье.
«Правильно, – подумал он, проклиная себя за то, что не перезарядил стволы. – Первый выстрел в окно. Второй сейчас. Третьего не дано… А пистолет в кармане куртки…»
Он скосил взор на онемевшее плечо, которое стегало жгучей болью. Из раны уродливым отростком торчала арбалетная стрела.
– Отлично, – заговорил Артур. – Счет, можно сказать, равный, 1:1.
– Я разорву тебя, – тихо произнес Малышев, поднимаясь с кресла.
Артур закивал с понимающим видом, словно имел дело с умалишенным.
– Конечно. Ты попытаешься это сделать, – произнес он успокаивающим тоном. С гулким стуком он бросил арбалет на пол, после чего раздвинул полы пиджака, вытаскивая из-за ремня столовые ножи с устрашающе-громадными лезвиями.
– Иди ко мне, выблядок, – прошипел Сергей, перехватывая ружье, как дубину первобытного. – Иди к папе.
Пронзительно заверещав, Артур кинулся вперед. Ножи взметнулись вверх, рассекая спертый воздух давно непроветриваемого дома.
От первого удара Малышеву удалось пригнуться, лезвие лишь просвистело в паре сантиметров от его макушки. Второй нож с лязгом опустился на ствол ружья, которое успел выставить перед собой мужчина. Из-под режущей кромки ножа мелькнула крохотная искорка, на стволе осталась блестящая царапина. Не давая отцу опомниться, Артур сделал обманное движение правой рукой, отвлекая его внимание.